Читаем Гипершторм полностью

— Да нет. Все было штатно. Только…

— Что только?

— Только… Несколько ребят… в общем… царствие небесное, вечный покой, — Юл едва сдерживался, чтобы не разрыдаться. — Но я не хочу… Точнее, не могу сейчас об этом говорить.

— Тогда о чем ты… можешь говорить? — упавшим голосом спросила Пенни.

— Ты обещала рассказать мне новости.

— Новости? Пож-ж-ж-жалуйста! — нарочито браво прожужжала Пенни, сняла с вешалки пушистый банный халат и заботливо набросила его на плечи Юла.

Сталкер невольно залюбовался ее крохотной, с розовым маникюром ручкой, скользнувшей по его плечу. Он проследил эту ручку от кончиков коготков до самого округлого плечика на свете — даже сам того не желая.

Вот они, подсыхают на белоснежной коже Пенни, пузырьки мыльной пены… Юл против воли сглотнул.

От Пенни не укрылось внезапное волнение жениха.

— Э! Э! Я попросила бы! Это что еще за взгляды? Сам едва жив, а… туда же! Имей в виду, пока не выздоровеешь, чтобы мне никаких вольностей! Твое здоровье мне дороже всех этих услад плоти, — предупредила Пенни голосом учительницы Марьванны. И зачем-то показала Юлу свой розовый язычок. Язычок, к слову, у Пенни тоже был что надо — узкий, соблазнительный, зовущий к..

— М-м-м, — сладострастно простонал Юл.

— Немедленно перестань на меня пялиться! — сердито потребовала хозяйка «Итаки». — И, пожалуйста, оденься. У нас, между прочим, гости!

— Гости? Вот как? — нахмурился Штурман. — И кто же притащился сюда на этот раз? Мама римская? Глава Комитета Заднего Прохода? Господин Минеральный Секретарь Великих, Белых и Малых наций?

— Очень смешно, — Пенни поджала губки. — Пока у тебя там в тоннелях штормило, меня тут женихи осаждали!

— Женихи?

— Именно так! Разве ты забыл, что желающих занять твое место всегда много? Но ты не переживай! Когда я состарюсь, мы с тобой вместе прыгнем со скалы Ак-Хайван. Помнишь, такая есть в Казантипе, откуда мы привезли сюда эти чудесные сухопутные кораллы?

— Я бы воздержался, — пробурчал Штурман. — Мне сполна хватает и одной вывихнутой на Железных Полях ноги. Еще одну, сломанную, я точно не переживу, придется уволиться из сталкеров… Там что ты там сказала насчет женихов?

— Имели место четыре официальных делегации, — насмешливым тоном произнесла Пенни. — Относительно установления взаимовыгодных контактов с Комитетом Судного Дня, базой Коралловый Дом и лично эмиссаром ООН госпожой Квин. Хочешь знать, из каких кланов заходили молодцы?

— Лучше скажи, как ты их отшила, — попросил Штурман.

Одновременно он сделал попытку слегка приобнять Пенни за талию. Но все, что ему удалось, — лишь чуточку распахнуть ее пеньюарчик, так ловко она вывернулась из его неуклюжих объятий.

— Ты — неотесанный медведь, — сообщила Пенни, спешно приводя себя в порядок. — Я же тебе сказала: у нас гости!

— Ладно-ладно, не отвлекайся… Так что у нас с женихами?

— С женихами все очень просто. Ты ведь сам учил меня обращаться с «Орлом Пустыни», помнишь?

— Да, славные были времена, — согласился Штурман. — Ты тогда из него расколотила вдрызг целый ящик чешского пива. Так что же это, выходит, не забыла мои уроки?

— Не забыла. И «Орел» всегда при мне, — Пенни кивнула на широкую декоративную вазу из мутно-зеленого стекла.

На дне вазы покоился тяжелый пистолет «Desert Eagle». Как всегда, идеально вычищенный и с двумя запасными обоймами.

— Бедные женихи! — саркастически прошептал Юл, глядя на подругу более чем игриво. — Так чем мы займемся сегодня? Может, ты права и мне действительно нужно немного поспать? У меня и впрямь глаза слипаются. Но только спать один я не согласен! Я стану спать только лишь при условии, что рядом со мной будет госпожа Квин собственной персоной!

— Господи, Юл, ну как это возможно? — всплеснула руками Пенни. — Я же тебе сказала: у нас гости! И этим гостям нужно мое внимание!

— И что это значит? Они что — надолго, эти гости?

— Они задержатся у нас на несколько дней, — сообщила Пенни своим фирменным официальным тоном.

Боже, сколько раз он уже слышал этот холодный, безжизненный голос, которым она общалась с разными идиотами на всех этих ее бесконечных саммитах, брифингах, прессингах, креативингах и кретинингах!

— Ты меня пугаешь, — прошептал он страшным шепотом. — А мне можно посмотреть на людей, которые отбирают у меня мою любимую… эээ…

Он замялся в поисках слова и, не найдя его, махнул рукой.

— Юл, милый, я боюсь, эти гости тебе… они тебе… словом, не очень понравятся.

— Вот как?

Он водрузил на нос умозрительные очки, зачесал волосы, еще влажные после ванны, и застегнул на все пуговицы воображаемый официальный пиджак.

— Имена, клички, явки, пароли?

— Юл, — тихо сказала Пенни, — у меня сейчас Алина.

— Алина? — переспросил Штурман. — Какая Алина?

Пенни молчала.

— Твоя Алина? — на всякий случай уточнил он. — Которая ку… ку… кузина? Кузина Алина?

— Да, — кивнула Пенни. Лицо у нее было расстроенное.

— Которая сбежала от законного мужа, Рекса Минелли? К этому упырю Перси Красавчику?

— Ах, милый… Она — несчастный человек, — трагически прошептала Пенни.

Та-а-к… Где-то он уже это слышал!

— Нисколько не сомневаюсь. Выходит, с минуты на минуту сюда заявится Рекс и…