Читаем Гимн неудачников полностью

Следующие врата пытались раздвинуть, оставив на полу впечатляющие царапины. Удивительно тем более, что у открывавшего практически не было опоры: стальные двери обрывались в широкую темную шахту

- Не зарываетесь? - сквозь зубы поинтересовался я. И относилось это уже не столько ко всякой заразе, нагло прописавшейся в памятниках истории, а к тому, не собирается ли эта зараза заставить меня карабкаться вверх по поручням.

- Почему нет? У всех под носом, но никто на лаборатории не подумает, а если и подумает, то проникнуть сюда не сможет. Граница, Лоза - замечательное изобретение! - с восхищением отметил Беда и от души стукнул по кнопке. Сверху с громким лязгом спустилась кабина лифта, окутанная зловещим красным сиянием. Впрочем, его причина скоро объяснилась - под потолком мерцали лампы аварийного освещения. С таким же грохотом железная коробка неохотно потащилась наверх, будто раздумывая, не оборвать ли ей тросы и не расплющить ли напоследок двух наглых мокриц, оскверняющих память ее хозяев. Ниморские лифты - они такие, никогда не знаешь, чего от них ожидать.

Черный маг оглядывался кругом, щурясь от ярких вспышек и что-то насвистывая сквозь зубы, и первым шагнул в круглый зал, из которого вело несколько коридоров, наводящих мысли об игре "найди десять отличий". Я последовал за ним, все еще ожидая чего-то чудесного - или, на крайний случай, какой-нибудь бяки из-за угла - но в заброшенных лабораториях царили все те же призрачный красный свет, пустота, разруха и давящая тишина. Выкрашенные однотонной серой краской стены, пучки труб под потолком, узкие коричневые двери, похожие, как две капли воды. Наши шаги гулко отдавались под бетонными сводами, и я с трудом подавлял странное желание не дышать и идти на цыпочках.

По стенам змеились трещины, тонкие и с руку толщиной, иногда путь преграждали груды камней; казалось, что я слышу тихий треск и гул, будто опоры с трудом выдерживают вес монолитного здания. Взрыв, превративший верхние уровни в сплошную мешанину земли и камня, докатился и сюда.

- Эм... а вы не боитесь, что однажды все это рухнет вам на головы?

Я пробыл здесь только пару минут, и уже боюсь.

- Простояло десять лет, простоит еще пару дней, так что не... - где-то рядом что-то треснуло и посыпалось; Беда втянул голову в плечи и мгновенно поправился: - Не все, не сразу и не сейчас. Зверь мне в свидетели, я же говорил, что лучше илькское бомбоубежище. Место силы, место силы... сиди теперь, в этом месте...

Судя по раздраженному бормотанию, иллюзий насчет того места, где мы сейчас обретались, приграничник не питал. Замечательно, просто замечательно. Я чувствовал, что еще немного блужданий по бесконечным коридорам - и сам превращусь в какую-нибудь нечисть, или, не приведи Небо, в ниморца. На плечи исподволь наваливалась тяжесть, и даже Беда приумолк, не выдержав гнетущего напряжения, разлитого в воздухе. Я старался держаться поближе к проводнику и к свету фонаря, как будто потускневшему, и не обращать внимания на чужой пристальный взгляд из темноты. Ну да, на кого же еще тут смотреть - не на двери же?

- Беда! - от моего голоса маг дернулся и помянул Зверя-из-Бездны. - Так значит, у шовалльцев был путь отхода? Они сделали ворота в пещеры, лодку...

- Что ты у меня спрашиваешь, я что - в Шолле рабо... Да чтоб тебя!!

Я вздрогнул и испуганно уставился на приграничника, внезапно завопившего и шарахнувшегося к стене. Что - это? Один из сбежавших лабораторных экспериментов? Призрак шовалльца, укоризненно направляющий на захватчика автомат?

- Опять ты... - маг выругался и поднял фонарь, осветив корявый рисунок углем на серой стене: черное солнышко с длинными кривыми лучами. Руки у неизвестного художника дрожали порядком.

- Беда? - я аккуратно отодвинулся от внезапно ополоумевшего спутника, жалея, что под рукой не даже булыжника. Сегодня он на стены бросается, завтра на людей. И чем ему так не поглянулись угольные каракули? Вроде ничего необычного, хотя... Нужен талант, чтобы изобразить благое светило таким неприятным, и чем дальше я смотрел, тем более и более мерзким оно казалось. Какое-то оно не такое. Больное кривое черное солнышко.

Или не солнышко...

- Я с тобой еще разберусь, - многообещающе прошипел черный маг и толкнул образовавшуюся по соседству дверь. По глазам ударил живительный электрический свет, разом растворяя и унося с собой все страхи.