Читаем Гибриды полностью

«Всё упирается в собственничество, – думал он, – но такая постановка вопроса мало кого обрадует. У них это называется „святостью брачных уз“, но святость брачных уз покоится на святости семьи, а святость семьи – на святости собственности. И вместе с тем, наверное, все эти люди считают себя последователями того, кто никогда и ничем не владел. Как странно!»

И молодой Джолион снова вздохнул.[43]

– Интересно, – сказала Бандра, когда Мэри остановилась.

Мэри рассмеялась:

– Уверена, что вы так говорите из вежливости. Должно быть, для вас это полнейшая тарабарщина.

– Нет, – возразила Бандра. – Нет, я поняла. Этот мужчина – Сомс, да? – живёт с этой женщиной, этой…

– Ирэн, – подсказала Мэри.

– Да. Но в их отношениях нет теплоты. Он хочет гораздо бо́льшей близости, чем хочется ей.

Мэри, впечатлённая, кивнула:

– Именно так.

– Подозреваю, что такие проблемы бывают у всех.

– Думаю, да, – сказала Мэри. – Я лично отождествляю себя с Ирэн. Она вышла замуж за Сомса, не зная, чего на самом деле хочет. Как я за Кольма.

– Но теперь вы знаете, чего хотите?

– Я знаю, что хочу Понтера.

– Но он не сам по себе, – сказала Бандра. – У него Адекор и дочери.

Мэри загнула страницу и закрыла книгу.

– Я знаю, – тихо сказала она.

Бандра, должно быть, почувствовала, что огорчила Мэри.

– Простите, – сказала она. – Я бы чего-нибудь выпила. Присоединитесь?

Мэри была готова убить за стакан вина, но неандертальцы его не делали. Впрочем, она привезла с собой с той стороны килограммовую пачку растворимого кофе. Обычно она не пила кофе по вечерам, но комнатной температурой у неандертальцев считается шестнадцать градусов: они пользовались той же самой шкалой – промежуток между точками замерзания и кипения воды, разделённый на сто частей. Мэри предпочитала двадцать или двадцать один градус, и большая кружка кофе могла помочь ей согреться.

– Давайте я вам помогу, – сказала Мэри, и они вдвоём отправились в кухонную зону.

У себя дома на той Земле Мэри всегда держала в холодильнике литровую упаковку шоколадного молока, чтобы добавлять его в кофе. Здесь его тоже было не достать, но она взяла с собой банку сухого молока и растворимого порошкового какао; добавив в кружку Maxwell House разумное количество того и другого, она получила приемлемую аппроксимацию своего любимого напитка.

По устланному мхом полу они вернулись в гостиную. Бандра уселась на один из своих плавно изогнутых диванов, встроенных в одну из стен; Мэри вернулась на своё кресло, но тут осознала, что ей некуда поставить кружку. Она подхватила свою книжку – Кольм всегда терпеть не мог того, как она перегибает корешок и загибает страницы, – и присела на другом краю дивана, поставив кружку на сосновый столик перед ним.

– В своём мире вы жили одна, – сказала Бандра. Это не был вопрос, она уже успела это узнать.

– Да, – сказала Мэри. – У меня была… у нас это называется «квартира в кондоминиуме» – несколько комнат в большом здании, которым я владею совместно с парой сотен других людей.

– Парой сотен! – удивилась Бандра. – Такое большое здание?

– В нём двадцать два этажа; двадцать два уровня. Я живу на семнадцатом.

– Вид, должно быть, потрясающий!

– Это точно. – Хотя ответ был шаблонный, и Мэри это знала. Вид из её окна открывался на бетон и стекло, на здания и автострады. Он казался замечательным, когда она там поселилась, но её вкусы уже менялись.

– И каков статус этого места сейчас? – поинтересовалась Бандра.

– Я всё ещё им владею. Когда мы с Понтером окончательно решим, что мы будем делать дальше, тогда и станет ясно, что делать с квартирой. Возможно, мы её оставим.

– И что же вы с Понтером будете делать дальше?

– Если б я знала, – ответила Мэри. Она взяла кружку и сделала глоток. – Как вы только что сказали, Понтер не сам по себе.

– И вы тоже, – сказала Бандра, отводя взгляд.

– Простите? – не поняла Мэри.

– Вы тоже. Если вы решите стать частью этого мира, то не должны оставаться в одиночестве в любой день месяца.

– Хм, – сказала Мэри. – В моём мире большинство людей привлекают представители противоположного пола.

Бандра вскинула глаза, но сразу же снова опустила взгляд.

– Не бывает отношений между женщинами?

– Э-э… бывают… иногда. Но обычно женщины, участвующие в такого рода отношениях, не имеют партнёров-мужчин.

– У нас не так, – сказала Бандра.

– Я знаю, – тихо ответила Мэри.

– Я… мы… вы и я, мы уживаемся довольно хорошо, – сказала Бандра.

Мэри почувствовала, как напряглось всё её тело.

– Да, неплохо.

– Здесь, у нас, две женщины, которые живут вместе, которые нравятся друг другу и не связаны генетически, могут… – Бандра положила широкую ладонь на колено Мэри, – могут сблизиться.