Читаем Гибель “Аякса” полностью

- При чем тут яблоки? Я уверен, что на Регине существовала высокая цивилизация!

- Не сомневаюсь, - ответил Хенк.

- Она была не из лучших, - вмешался Толя. - Этому Истему здорово досталось…

Следующий сеанс связи с “Аяксом” казначеи был на завтра в полдень. Но когда утром я приготовил все, чтобы продолжать запись, Толя вбежал в юрту со словами:

- Тебя вызывает Хенк!

- Что-нибудь случилось?

- Не знаю, - ответил Толя. - Мне он показался каким-то странным. Но, во всяком случае, не испуганным или огорченным… Не думаю, что это какая-нибудь неприятность…

Хенк и вправду выглядел необычно.

- Слушайте внимательно! - сказал он. - Рано утром мы получили с Регины три совершенно одинаковых сигнала. Интервал - двенадцать с половиной минут. Очевидно, вызов… Мы ответили точно так же. К месту, откуда посланы сигналы, полетит “Заря” с Кастелло и Сеймуром. А вам придется поехать туда на санях… Причем немедленно.

- К чему такая спешка?

- Ты лучше всех знаешь язык туземцев.

Хенк показал на карте место, откуда посланы сигналы, километрах в восьмистах южнее нас, в глубине материка, неподалеку от гор.

- Все время поддерживайте связь с “Зарей”, - сказал Хенк. - Будете выполнять указания Кастелло.

Он дал еще кое-какие наставления и попрощался с нами.

Мне было грустно покидать Великого Сао. Я знал, что огорчу его. Старик горячо желал, чтобы я услышал и записал всю песнь.

- Найди Токо, - обратился я к Толе. - А я пока как-нибудь подготовлю старика.

Старец, присев возле своего ложа, нетерпеливо ждал меня. Я остановился возле входа и, не глядя на него, сказал об отъезде.

- Так я и знал, - печально кивнул старик. - Умрет песня…

- Нет, не умрет. Я скоро вернусь…

- Может быть. Но меня уже не застанешь…

- Застану, Великий Сао, застану! А на всякий случай я оставлю тебе говорящий ящик и научу обращаться с ним. Это очень просто…

Пока я учил его необходимым манипуляциям, пришли Толя и Токо.

- А сейчас посмотрим, чему мы выучились, - сказал я.

Старик включил магнитофон и продекламировал часть песни. Потом нажал кнопку воспроизведения. В юрте снова зазвучал ясный голос Сао.

- Вот видишь?.. Уже сегодня ты можешь записать все до конца.

- Куда вы уходите, сынок? Вас позвала движущаяся звезда?

- Нет, Великий Сао, мы еще долго будем у вас… Но мои братья нашли народ, у которого есть говорящие ящики и шешуа.

Старик задумался, затем сказал:

- Это, наверное, “грустные”…

Я насторожился - о “грустных” Сао упоминал еще при первой нашей встрече.

- Я слышал о них от отца. Он говорил, “грустные” делают железо. Но я не видел никого из них. И даже не видел никого, кто бы, встречал их…

Никаких легенд, никаких преданий о происхождении “грустных” Сао не знал. Что за народ это был? Почему он скрывался даже от миролюбивых племен?

Сначала мы попрощались с Токо, потом со стариком. Токо я подарил бинокль. Туземец страшно обрадовался и тут же, приложив окуляры к глазам, стал осматривать равнину. Мы глубоко поклонились Великому Сао и забрались в сани. Когда я оглянулся, Токо и Великий Сао все еще стояли у юрты и смотрели в нашу сторону.

Через полчаса мы связались с “Зарей”.

- Как дела, ребята? - бодро спросил Кастелло.

- Неплохо. А у тебя?

- Хорошо. Если не считать, что я весь пропах рыбой…

- Где вы находитесь?

- Над океаном. С высоты он выглядит отвратительно.

- Ты выучил их язык?

- Болтаю как на родном… Я убил еще двух таких же зверюг. Теперь туземцы боготворят меня и считают своим ангелом-хранителем… Кажется, приближаемся к берегу. Здесь он крутой, поднимается на несколько сот метров над океаном. А дальше ужасная пустыня! Хаос льдов. Как здесь могут жить люди?.. Не завидую вам, ребята. Когда подойдете ближе, будьте настороже. Здесь кругом громадные трещины и пропасти…

По прошествии получаса снова прозвучал голос командира “Зари”:

- Мы встретились с людьми. Они нам сигнализировали ракетами.

- Как они выглядят? - спросил я.

- Желтые глаза, длинные волосы, бронзовая кожа. Цивилизованный народ. Самый старший из них даже носит очки. Как мне кажется, в золотой оправе…

- Золотая оправа в ледяной пустыне, - пробормотал Толя.

- Дальше двигайтесь по пеленгу, - заключил Кастелло. - Вызову вас при первой возможности.

Теперь вспомнить страшно последние сто километров пути. Начался подъем, и чем дальше, тем круче. Картина делалась все более дикой - глыбы льда, трещины, широкие расселины…

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Их продолговатые глаза действительно были желтыми, а кожа золотистой. Темные пряди ложились на плечи. Позже мы узнали, что “грустные” рождаются с нежно-голубыми волосами, которые в зрелости совершенно чернеют. Сколько я ни всматривался в лица этих людей, я не обнаружил в их чертах никаких признаков суровости или жестокости: благородные лица, оставлявшие впечатление глубокой задумчивости и печали.