Читаем Герцогиня и султан полностью

А Бибигюль нежно называла откровенно невозможную цену. И веселилась в душе, видя, как сникший покупатель уходит. Бибигюль была честолюбива. Сколько ни продавай прелестниц местным почтенным торговцам, имени на этом не сделаешь. А вот если пристроить девушку в гарем какого-нибудь известного лица, о котором только и говорят люди, – это и почет, и слава, и зависть соседей. А такой человек есть. Есть. Только нужно подождать…

Солидному человеку нужен хороший гарем. А настоящая принцесса в гареме – это же алмаз среди жемчуга! Ах, какие вершины могут открыться, если с умом взяться за дело!

Только думы о коварной Фатиме нагоняли морщинки на гладкое лицо Бибигюль. Смешно думать, что она сможет из полумертвой служанки сделать привлекательный товар. Но странная уверенность в словах старой ведьмы… Аллах да пошлет плешь ее голове!

Все равно будет так, как задумала она! Бибигюль часами смотрела, как фланирует по саду Жанна, и душа ее звенела, словно верблюжьи колокольчики, предвкушая прекрасную сделку.

В маленьком домике дела шли своим чередом. То, что Жаккетта исправно наедала формы, необходимые для покорения капризных сердец восточных мужчин, госпожу Фатиму не устраивало. Настоящая женщина должна быть округлой-округлой. А становятся такими не по воле Аллаха, а исключительно благодаря тяжкому труду массажиста.

И за Жаккетту принялся старый евнух Масрур. Стальными пальцами, способными легко придушить барса, он разгонял Жаккеттин жирок в нужных местах, добиваясь таких округлостей, каким позавидовали бы небесные гурии.

А Жаккетта вспоминала давний вечер в замке Монпеза, когда там гостили актеры… И высокомерную Шарлотту, которая тогда сказала: «Извини, конечно, Жаккетта, но посмотри на благородных дам, что нынче собрались. Самые красивые – госпожа Жанна, госпожа Рене, госпожа Бланка, госпожа Анна. Видишь, какие они все худые да бледные? Это очень красиво!» Увидела бы она сейчас упитанную и румяную Жаккетту, которая должна стать еще толще, чтобы превратится в красавицу! Вот бы удивилась!

После очередной порции массажа в комнату торжественно вошла госпожа Фатима. В руках у нее была стопка ткани.

– Лежи, мой цветочек, лежи! – сказала она. Фатима аккуратно положила стопку на плоский сундук. Затем брезгливо собрала одежду Жаккетты в жестяной таз.

– Это – в огонь! О отрада моего сердца! Я принесла тебе настоящую одежду, не ваше глупое тряпье! Пока простую, для дома. Одежду, в какой мужчин покорять, надевать еще рано.

– Почему? – удивилась Жаккетта.

– Ты пока никудышная женщина, ходить не умеешь, телом говорить не умеешь, правильно на мужчину смотреть не умеешь!

– Так прямо и не умею? – обиделась Жаккетта. – Ходила ведь всю жизнь, не ползала!

– Не умеешь! – решительно кивнула головой Фатима. – Ты – девочка из другого мира, глупого мира. Ваш мужчина женщин плохо любит, с открытым лицом на улицу ходить заставляет.

– А что тут плохого?

–. Как что плохого, мой цветочек?! Побойся Аллаха великого, всемогущего! Чтобы всякая уличная грязь на мое лицо смотрела?

– Да у нас кто хочет с вуалью ходит! – попыталась защитить свой мир Жаккетта. – Благородные дамы особенно, они красоту берегут.

При слове «благородные дамы» Фатима встрепенулась, словно вспомнила что – то.

– Глупая Бибигюль – сказала она по-арабски. – Аллах милостивый послал тебе красивое лицо, но забыл вложить мозги в твою глупую голову! Я утру тебе нос! – И добавила по-французски: – Мой цветочек! Надевай новую одежду и даже не благодари добрую Фатиму!

Жаккетта надела длинные, по щиколотку, шаровары, расшитую на груди рубаху с узкими рукавами. Было очень непривычно. Жаккетта настороженно ждала подвоха от незнакомого наряда, особенно смущали шаровары.

Фатима нырнула в один из сундуков и достала оттуда роскошные туфли без задников, с загнутыми носами. Сафьяновые, солнечно-желтые. Такой красивой обуви у Жаккетты никогда не было. У девушки даже дух захватило, когда туфли оказались на ее ногах. Правда, ей они показались маленькими – пятка немного свисала.

– Не удивляйся, так ноге будет прохладней, – объяснила Фатима. – Выйди на середину, о отрада моих глаз!

Жаккетта скованно вышла, глядя себе под ноги. Фатима обошла ее, довольно осмотрела, поцокала языком.

– Теперь, мой цветочек, научись носить одежду так, словно на тебе нет никакой одежды!

– Это как?! – запаниковала Жаккетта. – Ни в жизнь не смогу!

– Сможешь, мой цветочек, сможешь! – уверенно сказала Фатима, – Все в руках Аллаха! Не бойся! Это не прямо сейчас! Сейчас мы будем кушать кунафа. Масрур! – закричала она. – Бездельник Масрур! Где ты пропал?! Твоя любимая девочка сейчас помрет от голода! Аллах да накидает камешков на твою лысину!

Масрур, улыбаясь, принес миску жаренных в топленом масле орехов, заправленных медом. Увидев наряженную Жаккетту, он довольно покивал головой и тоже поцокал языком. Жаккетта поцокала ему в ответ, и они оба рассмеялись.