Читаем Герои «СМЕРШ» полностью

Хорошо отслужил — тогда все хорошо служили, возвратился на родину, женился и пошёл работать шахтёром-забойщиком на руднике в Целиноградской области, превратившейся ныне в Акмолинскую область Казахстана.

Если добавить к сказанному рождение дочки Леночки, то вот и вся его довоенная жизнь. Трудовая, достойная…

В августе 1941-го пришла повестка. Однако, вопреки ожиданиям, отправился Василий не на фронт, а в далёкий Хабаровск, в снайперскую школу 12-й отдельной стрелковой бригады. Почему ему вышло такое направление — сказать не можем. Либо в родных краях занимался охотой, либо на срочной службе приобрёл такой опыт. Это сейчас снайперов называют «ангелами смерти» и тому подобными мрачно-красивыми наименования. Тогда таких названий не было, но уважением особо меткие стрелки пользовались особым…

В действующую армию Чеботарёв прибыл только в 1942 году, получив назначение в 310-ю стрелковую дивизию, которая недавно вошла в состав Волховского фронта, будучи передана туда из Ленинградского. Соединение это спешно формировалось в июле 41-го в Казахстане, в городе Акмолинске, из призывников ряда казахстанских областей, и плюс к тому — Челябинской области. Вполне возможно, Василий мог встретить здесь и своих земляков, и немало, вот только с начала сентября дивизия участвовала в безуспешно-отчаянных Синявинских операциях — попытках прорвать блокаду Ленинграда, так что к началу ноября от всей дивизии оставалось порядка двухсот пятидесяти человек пехоты и один артиллерийский полк.

В то время, когда снайпер Чеботарёв прибыл к месту службы, полки этого соединения занимали оборону по реки Волхов, в районе Киришского плацдарма.

«Позиционная война», когда не проводятся активные боевые действия, — идеальные условия для снайперов. Не будем ничего придумывать, живописуя картины снайперской «охоты» или поединков между лучшими стрелками противостоящих армий — ограничимся небольшим эпизодом из известной уже нам книги «Блокада день за днём». Ведь наш герой также сражался за Ленинград, хотя и на дальних подступах: до города на Неве от Киришского плацдарма было чуть более ста километров. Это описание показывает снайперскую работу без всякой парадности.

«7 декабря 1942 года.

На переднем крае, несмотря на метель, снайперы старший лейтенант Плащенко, старший сержант Тюрин, сержант Корнев и красноармеец Щёкотов вышли на огневой рубеж. Собственно, они и возлагали надежды на снегопад. Гитлеровцы были вынуждены заняться чисткой траншеи и нередко высовывались из-за неё. Тут-то они и оказывались в прицеле. Боевой счёт четырёх снайперов увеличился в этот день на 12 уничтоженных ими фашистов»[655].

Всё просто…

Достаточно результативно действовал и сержант (очевидно) Чеботарёв — за свои успехи он был награждён орденом Красной Звезды, а в «дивизионке», многотиражной газете 310-й стрелковой дивизии, были опубликованы его фотография и обращение к воинам:

«„В эти напряжённые для Родины дни долг каждого из нас стремиться к тому, чтобы истребить как можно больше гитлеровцев. На фронтовом слёте снайперов-истребителей я обязался изо дня в день увеличивать свой счёт мести. Сегодня с большой радостью могу сообщить вам, что если недавно на моём счету было 33 убитых фашиста, то сейчас уже 44“.

Стоял август 1942 года. На просторах великой русской равнины развёртывалось невиданное по размаху сражение. Враг упорно рвался к Волге. А на Волховском фронте, как писалось тогда в сводках, шли бои местного значения. Вскоре снайпер-истребитель Василий Чеботарёв был назначен ответственным секретарём комсомольского бюро 1080-го стрелкового полка 310-й стрелковой дивизии. Ему присвоили офицерское звание. Но именная снайперская винтовка, подарок командующего, не замолчала. На личном счету комсорга 60 убитых им гитлеровцев»[656].

12 января 1943 года началась наступательная операция Ленинградского и Волховского фронтов по прорыву блокады Ленинграда. Основные события разворачивались южнее Ладожского озера, а 310-я дивизия — как и ряд других соединений, — ведя бои на своём рубеже, стремилась оттянуть на себя силы гитлеровцев с главного направления… В одном из этих боёв комсомольский секретарь младший лейтенант Чеботарёв заменил выбывшего из строя командира роты, но вскоре сам был ранен, поднимая бойцов в атаку.

Потом была эвакуация в тыл, долгий путь эшелоном куда-то на Урал, в госпиталь… Лечение прошло успешно, но когда Василий уже собирался возвращаться на фронт, неожиданно пришлось задержаться: его направили на курсы политработников. Конечно, не очень хотелось, но было понятно, что нужно: политработа — дело серьёзное, и лучше, когда ею занимается по-настоящему подготовленный человек, а не так, кто-то по наитию.