Читаем Герои. Новая реальность полностью

Тут Фабио моментально пришел в себя. Вот что он понял. Первый голос принадлежал бригадиру Гаруму. Второй был генерала Эквиа. Фабио ударило дверью, когда Гарум распахнул ее, выходя из кабинета. Теперь он был зажат в темной щели между раскрытой дверью, которую он принял за стену, и настоящей стеной. Двое за дверью его, наверное, и не заметили.

– Что говорит? – спросил Эквиа гораздо тише.

– Ничего, – ответил Гарум тоже тихо. – Он даже не назвался. Я его отправил связаться с Гаванью, а потом случайно узнал. Он сейчас внизу, в караульной, ждет твоего письма.

– Взять. – Голос Эквиа стал холодным, как вода в колодце зимой, когда в ней плавают льдинки. – Поиски Фабио прекратить, все отряды агентов отозвать и передать мне в прямое подчинение. Хватит шпионить, сейчас каждый штык дорог. Если я кого-то из них встречу раньше – сразу сниму с задания и заберу себе. Какой ты им дал пароль?

– Сено.

– Ха-ха. Но иголку-то мы все-таки нашли! Хорошо. Фабио допросить. Если списки у него – отобрать и доставить мне. И чтоб ни одна душа в них даже не заглянула. Ты и сам лучше не читай.

– А если списков у него нет?

– Выяснить, где спрятал. Вот это, – (Фабио через дверь не мог ничего видеть, но мы можем рассказать читателю, что с этими словами Эквиа достал из жестяной табакерки крошечный янтарный шарик и вложил его в пальцы Гарума), – чтобы побыстрее рассказал.

– И вот еще, от доктора. – На этот раз к Гаруму перешел оранжевый шарик.

– А если у Фабио есть сообщники? – спросил бригадир.

– Не сейчас. Уже не важно. Главное, убедись, что хотя бы в ближайшие часы никто не будет размахивать настоящими списками. Кроме меня.

Что-то зашуршало.

– Вот это теперь настоящие списки Тибула, – продолжал Эквиа. – Видишь, первый враг – Просперо, ну и так далее. Внизу приписка, что настоящие, лучшие друзья народа – Клуб Худых. Подпись – Председатель Тибул. Грубовато, конечно, но теперь уже никто все равно проверять не будет. Если окажется, что Тибул написал такие же, – тогда возьмем их. Через час я в любом случае покажу настоящие списки Тибула нашим солдатам. Удачно, что это мы поймали Фабио, теперь будет проще объяснить, откуда они у нас. Через час Фабио должен будет подтвердить перед всеми, что это он убил Тибула и украл списки по заданию Просперо. Бросай все остальное и займись этим. Смотри, чтоб у него на лице не было синяков. Если не будешь в нем уверен – лучше не выводи. Тогда скажем, что его убили во время погони, а списки нашли за пазухой. Испачканные в крови.

– Но…

– Да ладно тебе. Это ведь он убил Тибула той иголкой! Ты его под суд отдать хочешь? Доктору? Думаешь, там его оправдают? Да ты пойми, Гарум, если бы даже этот Фабио был святой, как у попов при старом режиме, все равно спасение Республики сейчас важнее, чем жизнь любого гражданина! Всё, мне пора, через час встречаемся в Клубе в моем кабинете.

– Да, еще одно, – через секунду опять заговорил Эквиа. – С агентами я поторопился. Оставь себе десять самых доверенных людей. Пусть ищут Суок. Где она – не знаю. Может, даже на той стороне. А может, у доктора, он тут недавно был со своими бестолковыми уговорами помириться. Только время отнял. Суок могла спрятаться у него в карете. И не делай такие глаза. Нам сейчас нужно, чтобы она не наделала глупостей. Когда найдут – пусть вернут ее в Клуб. Раньше надо было мириться. Вот, теперь всё, действуй!

Фабио зажмурил глаза от отчаяния. Сейчас дверь закроется, Фабио увидят – и тогда жить ему останется меньше часа. Фабио вздохнул раз, другой – и открыл глаза. Дверь осталась на месте. За ней больше никого не было слышно.

Фабио так никогда и не узнал, что его спасло. Мы же сейчас объясним вам, как это вышло. Дело в том, уважаемый читатель, что в Клубе Худых было правило никогда не закрывать двери ни в один кабинет. Считалось, что товарищам по Клубу нечего скрывать друг от друга и от всех граждан Республики – гостей Клуба. Так что даже теперь, когда у Клуба появились открытые враги, а гражданин Гарум был назначен командиром тайных агентов генерала Эквиа, он все равно по старой привычке оставил дверь открытой и ушел на первый этаж, чтобы собственноручно арестовать Фабио.

Тем временем Фабио понял, что у него есть надежда выбраться. Он немедленно достал из кармана помятые усы и пришлепнул их под нос. Потом он боком выбрался из-за двери в коридор, принял самый озабоченный вид и присоединился к спешащим курьерам. Он зашагал в другую сторону от главной лестницы. Фабио искал черный ход или какой-нибудь выход для слуг. Он понимал, что даже усы вряд ли помогут ему пройти незамеченным через парадный вход, мимо братьев Флипон, Гарума и десятка караульных солдат.