Читаем Герой ее романа полностью

– Может быть, мне тоже следует называть вас Кира Робертовна? – предложил Георг. Похоже, он решил оставаться галантным в любой ситуации.

«Вот попала!..» – мысленно чертыхнулась Кира, а вслух ответила:

– Нет, для вас я просто Кира.

Георг переглянулся с Владиславом, и последний абсолютно серьезно заметил:

– Этот бонус, Георгий Амиранович, только для меня. Кому-то дозволяется называть знакомых барышень зайкой, крошкой или солнышком, а мне вот – Кирой Робертовной.

Все рассмеялись, и Кира тоже растянула губы в улыбке, но в тот момент ей больше всего на свете хотелось ткнуть его кулаком, да посильнее. Ишь, остряк нашелся! Она ненавидела, когда ее выставляли в смешном свете, а у охранника Георга это получилось очень ловко.

– Я вот терпеть не могу, когда меня называют по отчеству, – заметила Ариадна, хлопая глазками – ей, в отличие от Киры, этот громила явно пришелся по вкусу. – Сразу начинаю ощущать себя почтенной матроной…

И все снова разбрелись по залу, рассматривая картины, статуэтки и витрины.

Кира принципиально не смотрела в сторону Владислава, но боковым зрением замечала, то тот за ней наблюдает, и это раздражало ее еще больше.

«До чего же неприятный человек! – думала она. – Как он только мог показаться мне симпатичным? Взгляд такой жесткий, холодный, изучающий – бр-р-р! Хотя что тут удивляться, ему это по должности положено… Интересно, а кем был тот пожилой мужчина и за что он кричал на Георга? Вот он-то как раз действительно заслуживает внимания…»

– У вас здесь очень красиво, – сделал Георг комплимент хозяйке. – Все оформлено с безупречным вкусом и чувством стиля. И замечательно подобраны картины. Не сомневаюсь, что ваш салон пользуется большой популярностью у клиентов.

– Ну, клиентов никогда не бывает много, – отшутилась Ариадна и снова подошла к Владиславу. – Вас, гляжу, все-таки заинтересовали «Глаза призрака»? У вас хороший вкус. Автор этой картины не слишком известен, но это, бесспорно, очень талантливый художник. Он уже немолод, и работ у него немного, но в каждом его произведении виден глубинный смысл, а не просто погоня за модой. Хотя, знаете, – она снова кокетливо улыбнулась и стрельнула глазками, – то же самое я могу сказать о каждом из представленных здесь полотен. Случайных работ у меня просто не бывает.

«Гляжу, кузина-то, похоже, сильно запала на громилу», – усмехнулась про себя Кира.

– А что вы скажете об этой картине, Кира Робертовна? – спросил вдруг Владислав.

– Надо же, запомнили-таки мое имя-отчество, – ухмыльнулась Кира и добавила с сарказмом в голосе: – Думаю, что вам просто необходимо ее купить. Повесите у себя в гостиной на самом видном месте…

– И потом только и буду, что искать, где бы спрятаться от этого назойливого взгляда? – подхватил Владислав. – Нет уж, спасибо.

– Надо же, с виду такой супермен, а боится какой-то картины, – съязвила Кира.

– То есть вариант, что у меня могут быть другие эстетические интересы, вами даже не рассматривается? – осведомился он.

– Это какие же? – Киру снова понесло.

– Да вряд ли вам это интересно.

– Ариадна, можно тебя на минуточку? – позвала Алина с другого конца зала.

Ариадна не без сожаления оставила их и направилась к Алине с Георгом, а Кира продолжала настаивать:

– Нет, ну правда! Что бы вы выбрали для своей квартиры? Что-нибудь из прерафаэлитов? Или в стиле неоимпрессионизма, скажем, пуантилизм? Или вы предпочитаете мелкую пластику?

– Я бы, не задумываясь, приобрел «Бюст рыжей злючки», – усмехнулся Владислав. – Такая работа вам здесь не встречалась, Кира Робертовна?

Кира невольно бросила взгляд на свое декольте – вырез на ее скроенном по косой платье мало что скрывал – и подняла возмущенный взгляд на Влада: он смотрел туда же. Лицо ее вспыхнуло, и она буркнула:

– А вы нахал, Владислав… Как вас там по отчеству?

– Дмитриевич. И я не нахал, а просто ценитель прекрасного.

– Тогда тем более обойдетесь. Такое не продается.

– Жаль.

По выражению его лица становилось ясно, что он откровенно над ней смеется. И Кира с досадой была вынуждена признать, что и в этом раунде Владислав одержал верх. Она и хотела бы что-нибудь ответить ему, но не успела: к ним подошли Ариадна, Алина и Георг. Алина рассказывала хозяйке галереи, как они с Георгом ездили в школу-интернат с художественным уклоном.

– Тебе, Ариадна, тоже будет очень интересно там побывать, – уверяла она. – Туда принимают только одаренных сирот, поэтому там много по-настоящему способных и даже талантливых ребят. И знаешь, это просто непередаваемое ощущение, когда ты видишь радость в их глазах… Не столько от подарков даже, хотя подарков им Георг навез целую кучу – и игрушки, и одежду, и альбомы, и краски, и мольберты… Даже печи для обжига, и гончарные круги! Он такой молодец!

– Алина, не перехваливай меня, в благотворительности нет ничего особенного. Ею сейчас занимается каждый уважающий себя состоятельный человек. – Георг выглядел смущенным, но Кире его смущение показалось неискренним.