Читаем Герметикон полностью

Недостаток продовольствия, судя по всему, ощущали даже такие люди, как дер Даген Тур: обед был приготовлен из морепродуктов, на которые ещё не разозлившийся Банир был щедр. Маринованный саунграбль, мельдь в белом вине, копчёное филе мангеля — блюда вкусные, но не самые изысканные. Немного овощей и мало хлеба.

И именно скромность стола заставила Акселя произнести следующую фразу:

— Не думал, что вы задержитесь на Кардонии, аллакут. Тут становится опасно и…

— Голодно, — закончил адиген.

— Совершенно верно.

— Мне доводилось голодать, и поверь на слово: сейчас в Унигарте всё хорошо, — легко, как о само собой разумеющемся произнёс дер Даген Тур. — Здесь полно еды.

"Ему? Голодать?" Крачин растерялся, но уже через мгновение вспомнил, что некоторые путешествия Помпилио даже сорвиголовы называли безрассудными, и понял, что адиген не лжёт и не рисуется. Ему доводилось голодать. Изнеженному сибариту, толстые пальцы которого унизаны перстнями.

Аксель к встрече принарядился: явился в голубом парадном мундире, правда, без орденов; в до блеска начищенных ботинках и фуражке, которую пришлось оставить в холле. А вот Помпилио вышел на веранду по-домашнему: тончайшего шёлка сорочка с распахнутым воротом, лёгкие чёрные брюки и тоже чёрные тапочки с загнутыми носами. И тяжело опирался на отделанную золотом трость, которая сама по себе была достойна сокровищницы какого-нибудь владетельного адигена.

— Я не уезжаю, поскольку не завершил дела. — Точно выверенная пауза. — А когда улетаешь ты? Я слышал, Корпус эвакуируют?

Официально об уходе эрсийцев ещё не объявляли, однако Аксель знал, решение принято. И не был этому рад.

— Я остаюсь, — медленно произнёс он, выдавливая лимон на ломтик мангеля.

— Почему?

— По личным мотивам.

— Война не может быть личным делом! — удивился адиген.

Восклицание достигло цели: то, что казалось естественным в ночных размышлениях, неожиданно окрасилось в клоунский наряд, прозвучало настолько глупо, что Аксель смущённо промямлил:

— Долг…

И признался себе, что Помпилио играючи, одной лишь интонацией, потряс сложнейшее умозаключение, которое обер-шармейстер по кирпичику складывал всю последнюю неделю. Не разрушил, но потряс.

— Кстати, о долгах, — сменил тему дер Даген Тур. Он прекрасно понял замешательство эрсийца и великодушно дал ему время прийти в себя. — Теперь это переходит в твою собственность, Аксель. Вернёшь, когда я расплачусь.

Ошарашенный Крачин протянул руку, и адиген вложил в его ладонь перстень с редким игуасским алмазом — в центре которого пряталась малюсенькая красная капелька.

— Обязательство передаётся по наследству, так что ты или твои дети смогут прийти за долгом к моим потомкам.

— В любое время?

— До тех пор, пока будет существовать семья Кахлес, — чуть напыщенно ответил Помпилио и снова помолчал. — Ты не против немного позаниматься после обеда?

— Что? — вновь растерялся Аксель.

— Тебе нужно возвращать форму, а у меня как раз запланирована тренировка.

— Что я должен делать? — Крачин посмотрел на замершего в тридцати шагах бамбадао.

— Иди вдоль мишеней, останавливаясь на секунду под каждой, — распорядился тот, продолжая стоять к Акселю спиной.

Эрсиец тут же сделал первый шаг.

Круглые цели были закреплены на воткнутых в землю шестах на уровне головы обер-шармейстера. Высота равная, а вот расстояние между шестами произвольное, поэтому Акселю и приходилось задерживаться: дать возможность бамбадао испытать слух. Отойдя на пять шагов от последней мишени, Крачин громко хлопнул в ладоши. Помпилио резко развернулся, вскинул "Улыбчивого Ре", и четыре выстрела слились в единый грохот. В центре каждой мишени появилось по аккуратному круглому отверстию.

— Кажется, ничего не пропустил, — произнес дер Даген Тур, снимая с глаз повязку.

— Да, — подтвердил эрсиец. — Ничего.

Он всегда мечтал стрелять так: ориентируясь на едва слышный шелест травы и шуршание одежды, на запах, на дыхание. И стрелять без промаха.

— Это и называется быть бамбадао.

— Нет, это называется Хоэкунс.

— Что? — В следующий миг Крачин понял, что, задумавшись, произнёс последнюю фразу вслух, и залился краской стыда. — Извините.

"Да что же за день сегодня такой? Почему я постоянно в замешательстве? Это игра? Он специально так выстраивает беседу?"

С другой стороны, день выдался превосходный. После обеда они с дер Даген Туром отправились в арсенал, где Аксель с благоговением изучил великолепную коллекцию изумительных бамбад адигена. Бартеломео дер Га, Бродяга из Листа, Ариэль Хансейский — список мастеров, чье оружие хранилось в арсенале, поражал воображение. Два часа изучения оружия и разговоров об оружии, что может быть прекраснее? Только возможность опробовать бамбады в деле. Открытый тир был оборудован в западной части парка, и именно в него отправились бамбальеро из арсенала.