Сначала провёл беседу с паровозной бригадой, убедил перепуганных работяг, что в их интересах как можно скорее добраться до Убинура, убедился, что понят, после чего занялся диверсантом. Самолично отнёс его, связанного и с кляпом во рту, в подсобное помещение на корме локомотива, собрался возвращаться в кабину, но решил проверить, что творится наверху. Тем более что на крышу вагона вела удобная лесенка.

Почему бы не взобраться?

Нестор поправил карабин, взобрался, повернулся и соскочил вниз с такой поспешностью, словно увидал призрак будущей тещи. Но в действительности, и это полностью подтвердило повторное, весьма осторожное изучение крыши, по крыше люкса разгуливали массивная тетка — почти мужик, только с большой грудью, — и широкоплечий крепыш. Судя по военной форме без знаков различия, эти двое входили в группу, с которой адигены повздорили на разъезде, а Гуду они не заметили только потому, что таращились куда-то вниз.

"Они пришли за Помпилио. Или за Махимом".

Вариантов у Нестора было два: предупредить друга или ввязаться в драку, и Гуда без колебаний выбрал второй. Он снял с плеча карабин, в третий раз поднялся по лестнице, медленно, не спуская глаз с врагов, выставил перед собой карабин и взял крепыша на мушку. План был прост, как смысл комариной жизни: пристрелить ближайшего врага и задержать второго. А Помпилио тем временем убьёт остальных.

Нестор улыбнулся, его палец плавно лег на спусковой крючок. Колотушка обернулась, заметила торчащего из-за края вагона Гуду, молниеносно оценила обстановку и подсечкой сбила Колдуна с ног. Сама рухнула рядом, а в следующий миг в никуда просвистела пуля.

И тут же послышалась забористая ругань — мессер загратийский дар изволили остаться недовольным.

Грохот.

Сначала загрохотало, словно на вагон приземлилась парочка парашютистов, а ещё через мгновение раздался выстрел. Его-то уж ни с чем не спутаешь. И тут же три ответных. На крыше началось веселье, а значит, путь туда временно закрыт. Спуститься вниз, выбить окно на первом уровне и войти внутрь? Идея хорошая, но всё зависит от поведения целей. Орнелла осмелилась заглянуть внутрь: Помпилио и Махим тоже услышали выстрелы, но беспокойства пока не проявили, продолжили разговор.

"Как долго они останутся в гостиной?"

Первая часть разговора закончилась, теперь дер Даген Тур наскоро объяснял, чего от бывшего консула хотят адигенские да́ры, Махим кивал и соглашался. На каком из "Да, мессер!" они закончат?

"Скорее!"

Орнелла сунула "слухач" за пазуху и с максимальной, насколько это было возможно в её обстоятельствах, осторожностью извлекла из ранца плоскую жестяную коробочку и тюбик с алхимическим клеем. Обильно смазала широкую сторону коробочки и плотно прижала её к стеклу. Находящегося в бомбе нитробола было достаточно, чтобы убить сидящих напротив окна собеседников. Махима — потому что приказали. Адигена… Насчет дер Даген Тура у Григ были некоторые сомнения, но затем она вспомнила классическую галанитскую поговорку: "Чем меньше адигенов, тем лучше", и решила действовать. В конце концов, всегда можно сказать, что Помпилио вошёл неожиданно. Или не ушёл, как собирался. А можно вообще ничего не говорить.

Перестрелка на крыше, к некоторому удивлению Григ, не утихала, но особого беспокойства это обстоятельство не вызывало: Орнелла собиралась подняться и помочь своим огнём — против трёх стволов напарник адигена не устоит, даже будучи бамбальеро.

Григ улыбнулась, кинула последний взгляд на беседующих мужчин и потянулась к взрывателю, собираясь выставить запал на одну минуту.

Глава 5,

в которой Крачин и Сантеро принимают важное решение, Хильдера ослепляет ненависть, Нестор пожинает плоды предусмотрительности, Орнеллу подбрасывает, Помпилио никого не убивает, а Арбедалочик продумывает новый план

— Чего я никогда не понимал, так это вашей глупости. — Аксель покачал головой. — Какого муля вы, придурки, напялили на котелки чёрные повязки?

— Можно подумать, без перевязей мы сошли бы за землероек, — сварливо ответил менсалиец.

— Издалека.

— И вы не напали бы?

Крачин рассмеялся:

— Вряд ли.

— Тогда какое тебе дело до моей перевязи, эрсиец?

— Ты — наёмник, — хмуро заметил Сантеро.

— Такой же, как твои дружки.

— Эрси — наш союзник.

— А мы — союзники приотского золота, — хмыкнул менсалиец. — В чём разница?

— Но…

— Не нужно затевать спор, — остановил Адама Аксель. — У нас мало времени, так что займёмся главным.