Гитлер назначил вступление германских войск в Чехословакию на 15 марта 1939 г. 13-го Бюлов сообщил Герингу о необходимости возвращения в Берлин, куда он и прибыл поездом 14-го. Дальше события развивались по уже отработанному сценарию. Президент Чехословакии доктор Гаха был вызван в Берлин, где Геринг стал настойчиво «убеждать» его согласиться на присоединение его страны к Германии, угрожая в противном случае «разбомбить Прагу» («Самолеты уже стоят на аэродромах с полным грузом бомб, готовые к вылету!»). Старый президент не выдержал давления и подписал договор, по которому Чехословакия лишалась независимости и присоединялась к рейху. Угрозы Геринга во многом были блефом: весенние туманы затрудняли полеты авиации, и нацистам, вполне возможно, пришлось бы пойти на попятный, если бы доктор Гаха обратился за поддержкой к мировому сообществу. Но президент был болен и слаб; во время одной из «бесед» с Герингом он упал в обморок, и немецкие врачи едва смогли привести его в чувство; после этого он был готов, кажется, подписать все что угодно, только бы вырваться из лап нацистов. Так или иначе, но дело было сделано. «Я же не виноват, что чехи выбрали себе в президенты такую развалину!» — сказал Геринг жене, когда она попеняла ему за то, что он чуть не довел до смерти старого больного человека. Точно так же он отвечал раньше тем, кто упрекал его за жестокости по отношению к евреям, творившиеся в Австрии: «Я же не могу приставить к каждому еврею полицейского, чтобы он не позволял ему совершить самоубийство!» Да, виноваты, как всегда, были жертвы: своими неуклюжими движениями они мешали господину волку спокойно их проглотить.

Утром 15 марта 1939 г. части вермахта без помех заняли Чехию. Словакия сохранила формальную независимость. Начался грабеж страны: каждый тащил себе все, что было ему под силу. Польша оккупировала один из приграничных районов Чехии, куда не успели войти германские войска; Гитлер был изумлен такой дерзостью, но стерпел, решив припомнить этот случай в подходящее время. Заместитель Геринга Мильх предложил создать на основе расформированных чехословацких ВВС новый, 4-й германский воздушный флот, чтобы прикрыть юго-восточное направление. Геринг согласился и 21 марта укатил обратно в Сан-Ремо, догуливать прерванный отпуск.

Хотя захват Чехословакии прошел гладко, он имел для Германии необратимые последствия. Британское правительство, возмущенное нарушением Мюнхенского соглашения, поняло, что Гитлеру нельзя доверять и что вести с ним переговоры бесполезно. Единственной подходящей фигурой для переговоров теперь стал Геринг, с которым англичане по-прежнему поддерживали контакты. Между тем положение Геринга изменилось: он понял, что перестал быть незаменимым помощником фюрера и что его влияние на Гитлера пошло на убыль.

3. Лавры «ничтожного Риббентропа»

Тем временем фюрер сосредоточил свое внимание на Польше, которую он наметил в качестве очередной жертвы своей агрессии. Для начала он надавил на Литву, и та вернула Германии Мемельский край и город Мемель (Клайпеду), доставшиеся ей по Версальскому договору. Мемель, важный (незамерзающий) порт на Балтике, был занят 23 марта 1939 г. германскими войсками, и Гитлер прибыл лично на военном корабле на церемонию в честь возвращения края в состав рейха. Польское правительство было напугано, почувствовав, что пришла очередь их страны: Гитлер уже заявлял о необходимости возвращения Германии Данцига (Гданьска) и «Польского коридора» (земель на побережье Балтийского моря, входивших до Первой мировой войны в состав Германии). Чтобы отвести угрозу, Польша в начале апреля подписала договор о союзе с Великобританией. 7 апреля 1939 г. Муссолини, решив, что и ему не стоит оставаться в стороне от увлекательного процесса передела земель, послал итальянские войска в Албанию, чтобы они оккупировали эту страну. Европа пришла в движение: правительства малых и больших стран прикидывали свои возможности поживиться (или хотя бы уцелеть) в наступающей войне, которая, похоже, становилась неизбежной.