Читаем Гепард полностью

Глядя на уставшее лицо парня, Лера испытывала непреодолимое желание обнять его и утешить. Но Кропоткин уже шел к скамейке в углу зала. Присев, он склонил голову на колени и задремал. Но едва Лера приблизилась к нему ближе, чем на метр, он резко вскинул голову.

– Там милиционер пришел, – пробормотала Корина, не ожидавшая такой реакции.

– Ладно, – сказал, вставая, Кропоткин. – Продолжай тренировку.

– Вы не обидитесь, если я приглашу Вас для разговора в коридор? – спросил Игорь участкового. – Я не хочу, чтобы девушки отвлекались.

– Обижусь, – холодно ответил участковый.

– Тогда пойдемте, – сказал спокойно парень и вышел из зала.

Усевшись на подоконник, он стал ждать милиционера.

– Вы, Игорь Андреевич, похоже, воспитываете убийц? – начал Саркин Иван Кузьмич.

За двадцать лет работы в правоохранительных органах он научился разбираться в людях. В Кировске знал про всех все. Иван Кузьмич пользовался заслуженным почетом и авторитетом в селе. Многих выручил из беды, на многие вещи смотрел как на те, которые ему не подвластны. С интересом наблюдал за переселенцами, изучал: кто и откуда, что от них можно ожидать, как себя с ними вести. Это помогало ему в работе. Когда Саркину пришлось познакомиться с документами Игоря, он сразу понял, что хлопот прибавится. Ему так подсказывала интуиция. За девять месяцев – пять убийств. То, что Кропоткин причастен к ним, Саркин мог только предположить, но улик не было. Никаких. Иван Кузьмич собирал о нем информацию тщательно: отмечая его маршрут, ловя каждое слово. Ему не нравились сильные, волевые люди, а парень оказался как раз из таких. Вот и теперь Саркину предстояло поговорить с ним, но направить разговор в нужное русло не удавалось. Игорь просто не обратил внимания на выпад в свой адрес или же сделал вид, что не обратил. Он просто промолчал.

– Уже вторая Ваша подопечная стала убийцей, – сказал участковый.

– А Вы хотели, чтобы они оказались трупами? – спросил Игорь.

– Нет, конечно, – ответил Саркин, уловив в интонации парня угрозу. – Но ведь можно было сделать все по-другому.

– По-другому? – улыбнулся парень. – Это как?

– Ну, убежать например…

– А куда бежать, Иван Кузьмич, когда тебя уже приперли к стенке? Когда остается лишь одно: убить или быть убитым. Что делать?

– Ну, не бить же ломом по голове, – рассердился участковый, чувствуя себя беспомощным перед железными аргументами.

– Да, не стоило бы ломать Абрамову голову, – вдруг согласился парень. – Нужно было бы медленно сварить его в масле. Чтобы он понял, что значит мучить слабых.

– Если так рассуждать, Игорь Андреевич, то закон и суд не нужны.

– Бывают моменты, Иван Кузьмич, когда ты думаешь только о том, чтобы выжить или спасти любимых людей. Разве не так?

– Ну, это не совсем так. Это спорный вопрос…,– начал участковый.

– Сейчас не время для споров, – перебил его парень. – Я очень устал, и мне не хотелось бы утомлять Вас своими философскими доводами. Вы ведь сюда пришли не обо мне говорить. Я прав?

– Ну, в общем-то, да, – ответил Саркин. – Но вы тоже ходите по краю обрыва. Вас к детям нельзя допускать. Вы калечите их души…

– Я учу их защищать свою жизнь, Иван Кузьмич, – заговорил, свирепея, Кропоткин. – Я не знаю, что Вы там себе возомнили, но хочу, чтобы Вы знали одно. Мне плевать на Ваше мнение. Я все равно буду учить людей защищаться. Пусть лучше они убивают, чем их. И Вам не остановить меня. Единственное, о чем я хочу у Вас спросить, так это о Вашей дочери. Что Вы предпочтете: чтобы ее изнасиловали и убили или чтобы она убила насильника? Отвечайте! Ну!

– Второе, – выдавил из себя участковый.

– Тогда давайте перейдем к официальному разговору, – предложил Игорь.

– Вы подтвердите слова Абрамовой Светы о том, что отчим неоднократно избивал ее и даже изнасиловал? – спросил Саркин.

– Это подтвержу я, моя жена, моя мать, врач, которая приезжала по вызову, – твердо ответил Игорь. – Я удивлен, тем, что никто не пытался помочь девушке защитить свое достоинство. Все лишь только судачили об этом.

– И Вы решили помочь, – процедил милиционер. – Пришли и убили отчима.

– Да Вы пьяны, Иван Кузьмич, – усмехнулся Кропоткин. – Вам не помешало бы проспаться.

– Придержи язык, парень, – рассвирепел Саркин.

– У меня алиби, – спокойно сказал Игорь. – Если Вы вызовете меня в участок, то будете выглядеть очень глупо. После тренировок я шел по окружной дороге и дважды здоровался с различными людьми.

– С кем? – быстро спросил участковый.

– Аптекарша и почтальон.

– Проверю, – пообещал Иван Кузьмич.

– Это Ваша работа, – улыбнулся парень. – Я чист.

– Ладно, посмотрим, – пробурчал Саркин и, не прощаясь, пошел к лестнице.

Кропоткин внушал ему страх. От него исходили биотоки смерти. Саркин хорошо знал, от кого исходят такие биотоки. От профессиональных, государственных убийц.