Читаем Гепард полностью

Анастасия Александровна вошла в палату и, подсев к койке, тихо сказала:

– Здравствуй, дочка.

Слезы сами побежали по щекам девушки. Она не видела мать больше двух недель, и при встрече поняла, как та сильно постарела за эти дни. В ее глазах появилась глубокая печаль, а лицо, такое жизнерадостное всегда, вдруг стало уставшим. Лена почувствовала вину за то, что их семья развалилась из-за нее, и заплакала. Мать утешала ее и плакала сама. Впервые за свою жизнь девушка поняла, как она сильно любит свою маму. Раньше Лена боялась показать свою любовь, а сейчас уже незачем ее скрывать.

– Ну, как ты поживаешь? – спросила женщина после того, как обе перестали плакать.

– Нормально. Ты ведь уже знаешь о моем состоянии?

– Врачи говорят, что ты должна молиться за Игоря. Он спас тебя от смерти, – проговорила тихо мать. – Скажи мне, Лен, только честно, у вас с Игорем что-нибудь было?

– Что именно, мам?

– Ты знаешь, о чем я говорю.

– Нет, я не спала с ним, хоть и добивалась этого, – бесцветным голосом произнесла дочь. – А почему ты спросила?

– Мне непонятно, что вас связывает, что движет тобой, им. Почему он засадил тебя в тюрьму, но вытащил из огня? Почему он так поступил?

– Не знаю, мама. Я причинила ему столько горя, а он спасает меня от смерти. Я не знаю, мам.

Когда Анастасия Александровна ушла, Лена устало закрыла глаза и задремала. Проснулась она от ощущения, что рядом кто-то есть. Девушка ни на секунду не сомневалась, что пришел Кропоткин. Ее ноздри почувствовали едва уловимый аромат его одеколона «Дипломат». Картова медленно открыла глаза и встретилась с сочувственным взглядом учителя.

Для Кропоткина суббота началась с неожиданности. Открыв глаза, он с удивлением обнаружил рядом с собой Свету. Едва парень пошевелился, как девушка открыла глаза и, прошептав: «Привет», нежно поцеловала его в губы.

– Привет, – улыбнулся Игорь после поцелуя. – Что ты тут делаешь?

– Пытаюсь остаться целомудренной, – с серьезным видом проговорила ученица и рассмеялась, когда он фыркнул.

– Ну и как? Удается? – улыбнулся он.

– Не – а, – проговорила она и, проведя нежно рукой по его мошонке, смело взглянула ему в глаза. – Слишком уж велик соблазн.

– А как у нас с предохранением? – поинтересовался он, сдерживаясь, чтобы не сжать ее в объятиях.

– Все в порядке, любимый, – прошептала Света и прильнула к нему.

Страсть, вспыхнувшая как факел, заставила их гореть в агонии любви.

Они лежали молча, обмениваясь благодарными поцелуями.

– Скажи мне, Игорь, – вдруг тихо спросила она. – Это правда, что ты хочешь помириться с Инной?

– Правда, а откуда ты знаешь?

– Да вчера к тебе Диана заходила, – нехотя призналась девушка и рассказала о произошедшей стычке.

– М – да, – протянул Игорь и вдруг, улыбнувшись, поцеловал Свету. – А ты у меня боевая девчонка. Лихо ты решила вопрос.

– Я за тебя готова сражаться хоть со всем миром, – прошептала она и прильнула к своему любимому.

Выбравшись из постели, они позавтракали, и девушка стала наводить порядок в квартире. Игорь, морщась от боли, стал бриться. После обеда он, обняв Свету, проговорил:

– Я собираюсь проведать Лену. Ты пойдешь со мной?

– Не понимаю я тебя, – проговорила она. – Почему ты не оставишь все, как есть? Почему ты жалеешь ее?

– Она человек, зайка, а людям свойственно ошибаться. Я хочу помочь ей встать на ноги. Я не заставляю тебя идти со мной, но если бы ты оказалась рядом…

– Хорошо, любимый, я пойду, – проговорила Света, и он ее благодарно поцеловал.

Они быстро дошли до больницы, но перед палатой Абрамова заупрямилась.

– Нет, Игорь, я не пойду, – решительно сказала она. Он молча кивнул и зашел в палату.

Подойдя к больничной койке, учитель тихо сел и стал смотреть на спящую ученицу. Разглядывая Лену, ее обожженное лицо, руки, он почувствовал угрызения совести. Лежащая перед ним казалась такой маленькой и беспомощной девочкой, что Игорю стало тоскливо. «Зачем я так поступил? Она ведь еще ребенок», – подумал Кропоткин. В это время девушка открыла глаза и, не выдержав его взгляда, расплакалась.

– Не надо плакать, Лена, – сказал тихо он и взял ее руки в свои.

Ученица замолчала на мгновение, но, увидев его забинтованные руки, зарыдала в полный голос.

– Не плачь, девочка, все позади, – стал утешать ее Кропоткин.

– Зачем… ты… вытащил… меня… из… огня? Зачем? Ведь я… должна… была умереть. Зачем ты спас меня? – плакала Лена.

– Глупенькая, – улыбнулся печально Игорь и осторожно обнял ее. – Неужели ты думаешь, что я смог бы стоять и смотреть, как ты сгораешь в огне? Неужели ты считаешь, что мне нужна твоя смерть?

– Но ведь я причинила тебе столько горя, – попыталась возразить она.

– Это не повод для убийства, – отрезал он.

– Но с Корзиным ты поступил иначе, – возразила ученица.

– То другой случай, – проговорил Кропоткин, потом добавил: – Я пришел сюда не для того, чтобы ворошить прошлое.

– А зачем? – напряглась она, ожидая услышать угрозу или ультиматум. Но то, что она услышала, сразило ее наповал.