Читаем География полностью

25. Что касается Стратоникеи, то это поселение македонян; и цари также украсили ее роскошными сооружениями. В области стратоникейцев есть 2 святилища: знаменитое святилище Гекаты в Лагинах, привлекающее толпы народа на ежегодные празднества; поблизости от города находится храм Зевса Хрисаорея — общее святилище всех карийцев, куда они собираются для жертвоприношений и совещаний об общих делах. Их союз, состоящий только из селений, называется Хрисаорийским. Те, которые представляют большинство селений, пользуются преимуществом при голосовании, как например жители Керама. Стратоникейцы также принимают участие в этом союзе, хотя они и не карийского происхождения, но потому что владеют селениями, входящими в состав Хрисаорийского союза. Отсюда происходил живший во времена наших отцов замечательный человек — ритор Менипп, по прозвищу Катока. Цицерон хвалит Мениппа больше всех азийских ораторов, которых ему удалось слышать (как он говорит в одном из своих сочинений),[2131] сравнивая его с Ксеноклом и другими знаменитыми ораторами своего времени. — Есть также и другая Стратоникея, называемая «Стратоникея у Тавра», городок, расположенный поблизости от горы.

26. Алабанды лежат у подошвы двух холмов, так близко примыкающих друг к другу, что они являют вид вьючного осла, нагруженного пожитками. Действительно, Аполлоний Малак, подшучивая над городом из-за этого, а также из-за множества скорпионов в этой местности, сказал, что город — это вьючный осел, нагруженный скорпионами. Эти твари, однако, водятся в большом количестве не только в этом городе и в Миласах, но и во всей лежащей между ними горной области. Алабанды — город людей, проводящих жизнь в роскоши и пьянстве; в нем много девиц-арфисток. Родом из Алабанд были 2 брата, выдающиеся риторы, именно Менекл (о котором я упомянул немного выше[2132]) и Гиерокл, а также Аполлоний и Молон, которые переселились на Родос.

27. Из множества рассказов о карийцах общепринятым считается тот согласно которому карийцы были подвластны Миносу (они назывались тогда лелегами) и жили на островах; затем, переселившись на материк завладели большой частью побережья и внутренней области страны, отняв ее у прежних владельцев, главным образом у лелегов и пеласгов. Однако часть владений у них отняли греки — ионийцы и дорийцы. Свидетельством их пристрастия к войне служат рукоятки щитов, изображения на щитах и султаны на шлемах, которые все называются «карийскими». По крайней мере Анакреонт говорит:

И Алкей говорит:

28. Когда Гомер говорит:

то нет основания спрашивать, почему он, зная столько варварских народностей, упоминает только о карийцах, как о «говорящих наречием варварским», но нигде не говорит о варварах. Поэтому Фукидид[2133] неправ, когда утверждает, что Гомер не употребляет термина «варвары», потому что «эллины еще не обособились» под одним именем, противоположным им. Ибо выражение Фукидида «эллины еще не обособились» Гомер сам опровергает как ошибку, говоря:

И в другом месте:

Если бы они не назывались варварами, то как же можно их называть «говорящими наречием варварским»? Таким образом, и Фукидид, и грамматик Аполлодор неправы; последний — когда утверждает, что эллины употребляли это общее название исключительно как бранное слово в отношении карийцев, особенно ионийцы, которые ненавидели их из-за вражды и постоянных военных столкновений, поэтому Гомер и должен был бы назвать их в этом смысле варварами. Но я задаю вопрос: почему же поэт называет их «говорящими наречием варварским», но ни разу — Варварами? «Потому, — говорит Аполлодор, — что форма множественного числа не вмещается в стихотворный размер, оттого-то Гомер и Не назвал их варварами». Хотя форма этого падежа[2134] не вмещается в стихотворный размер, но форма именительного падежа[2135] метрически не отличается от формы «дарданцы»[2136] в следующем месте:

Таково же и слово «Троянский» в стихе: