Читаем География полностью

31. Прежде всего Писатида получила широкую славу благодаря своим правителям, которые были весьма могущественными, — Эномаю, его наследнику Пелопсу и многочисленным сыновьям последнего. И Салмоней,[1230] как говорят, также царствовал здесь; во всяком случае один из 8 городов, на которые делилась Писатида, называется Салмоной. По этим причинам, как и благодаря святилищу в Олимпии, страна получила широкую известность. Следует, однако, слушая старинные рассказы, принимать их с оговоркой, так как они не являются общепринятыми; ведь позднейшие писатели придерживаются новых взглядов по многим вопросам и даже высказывают суждения, противоречащие древним сообщениям; так, например, они утверждают, что Авгий был правителем Писатиды, а Эномай и Салмоней управляли Элеей; и некоторые объединяют эти племена. Вообще следует придерживаться только того, что общепринято. Действительно, Нет согласия среди писателей даже относительно первоначального значения имени «Писатида»; ведь некоторые производят его от города Писы, одноименного источнику; источник, по их словам, назывался «Писа», что соответствует названию pistra, т. е. potistra;[1231] они показывают месторасположение города на возвышенности между Оссой и Олимпом, одноименными горам в Фессалии. Иные же утверждают, что не существовало никакого города Писы (ибо если бы он существовал, то был бы одним из 8 городов), но был только источник, теперь называемый Биса около Кикисия, самого большого из 8 городов; и Стесихор, говорят они, именует «городом» область, называемую Писой, так же как Гомер зовет Лесбос «городом Макара»,[1232] а Еврипид в «Ионе» говорит:

Евбея, что с Афинами соседит;(Ион, ст. 294)

и в «Радаманфе»:

Владеет кто Евбеей, городом-соседом;(Фрг. 658. Наук)

и Софокл в «Мисийцах»:

Страна зовется вся, о странник, Асией.Мисийцев град один лишь назван Мисией.(Фрг. 377. Наук)

32. Салмона расположена недалеко от одноименного источника, из которого вытекает Энипей. Река эта впадает в Алфей [и носит теперь название Барнихий].[1233] Передают, что Тиро полюбила Энипея:

Сердце свое Энипеем божественным Тиро пленила.(Од. XI, 238)

Ибо здесь, говорят, царствовал ее отец Салмоней, так же как и Еврипид говорит в «Эоле».[1234] (Некоторые пишут имя Энипея, реки в Фессалии, «Энисей»; он течет с горы Офрия и принимает приток Апидан, текущий из Фарсала). Вблизи Салмоны находится Гераклея — один из 8 городов; она отстоит от Олимпии приблизительно на 40 стадий и расположена на реке Киферии, где находится святилище нимф Иониад, которые, как думают, излечивают болезни водами.[1235] Поблизости от Олимпии находится Арпина — также один из 8 городов, через область которой протекает река Нарфений, на пути, ведущем к Ферее. Ферея находится в Аркадии и расположена над Димеей, Бупрасием и Элидой, т. е. к северу от Писатиды. Здесь находятся Кикисий — один из 8 городов — и Диспонтий, лежащий на равнине по дороге из Элиды в Олимпию; но он был разрушен, а большинство жителей переселилось в Эпидамн и Аполлонию. Фолоя — аркадская гора — также лежит над Олимпией и очень близко к ней, так что подошва горы находится в Писатиде. Вся Писатида и большая часть Трифилии граничат с Аркадией; в силу этого большая часть Пилосской области, упомянутой в «Списке кораблей»,[1236] по-видимому, считается аркадской; однако люди, хорошо осведомленные, отрицают это; они утверждают, что Эриманф, одна из рек, впадающих в Алфей, образует границу Аркадии и что эти области расположены за рекой Эриманфом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза