Читаем Генрих Гиммлер полностью

Гитлер решил, что СС должны обеспечить ему целую дивизию подготовленных к войне солдат, и заставил армию принять нелепое положение, сделав это частью своего плана мобилизации. В ноябре 1934 года генерал-лейтенант Пауль Хаузер был назначен ответственным за военную подготовку СС. Хаузер принял на себя руководство школой Гейдриха для командного состава СС в Бад-Тельце и превратил ее в первое из многих, созданных позже, офицерских училищ со строжайшей дисциплиной. По свидетельству Рейтлингера, после войны Хаузер восстановил училище в Бад-Тельце в качестве идеальной модели для обучения офицеров НАТО. Его учебное заведение было началом гиммлеровского Ваффен, военного соединения СС, которое позже стало интернациональным корпусом, когда СС стали пополнять свои ряды людьми «подходящих» рас на завоеванных территориях.

Отношения Гиммлера с Гитлером, Герингом, Фриком и Шахтом (банкиром, ставшим министром экономики у Гитлера в 1934 году), с верховным командованием армии и, кроме того, со своим основным помощником Гейдрихом строились по принципу оппортунизма, руководившим действиями всех нацистов, какое бы положение в руководстве партии они ни занимали. Оппортунизм — особый порок политиков, а нацистская ментальность, с ее полным отрицанием любой политической этики, ускоряла развитие интриг, с помощью которых партийные лидеры старались обойти друг друга. Гитлер был абсолютно готов к тому, чтобы тратить весьма ограниченные таланты своих начальников, министров и советников, позволяя им подрывать силы друг друга, оставляя ему при этом власть верховного арбитра, принимавшего окончательные решения.

Власть Гиммлера в этой странной и уродливой системе управления была все еще ограничена с одной стороны Фриком, упрямым бюрократом, занимавшим пост министра внутренних дел, а с другой стороны верховным командованием армии, которое не могло смириться с существованием не подчинявшегося ему соединения СС численностью в четверть миллиона человек, как когда-то не могло смириться с существованием более многочисленных, но гораздо менее дисциплинированных сил Рема. Что касается бюрократов, то внимание Геринга теперь было отвлечено от политической полиции, и Гиммлер с Гейдрихом некоторое время сотрудничали с Фриком и Гюртнером, министром юстиции; в 1934–1935 годах оба они старались сдержать начальников СС и СД и их агентов, хватавших любого человека по своему усмотрению и державших пленников на «защитном попечении». Фрик даже пытался составить законопроект, первоначально действовавший только в Пруссии, который давал узникам лагерей право обращаться в суд. Когда закон рассматривался в Прусском правительственном совете, на заседание пригласили Гиммлера, хотя он и не являлся членом Совета, а он уж позаботился о том, чтобы закон не был принят. Окончательную победу над Фриком он одержал, когда 2 мая 1935 года прусский административный суд принял решение о том, что деятельность гестапо выходит за пределы его юрисдикции[39].

Тем не менее, лишь 19 февраля 1936 года Гитлер наконец издал декрет о том, что гестапо является особой политической организацией, чья власть простирается на всю Германию. В июне Гиммлер был назначен начальником немецкой полиции в Министерстве внутренних дел, официально подтвердив ту власть, которую давно уже имел. Фрик, хотя формально и являлся начальником Гиммлера в делах полиции, оставил бесполезные попытки вмешаться в его работу[40].

Другой человек, открыто критиковавший Гиммлера, был Шахт, банкир, безжалостный и амбициозный автократ. Получив от Гитлера должность министра экономики, он был решительно настроен управлять делами на свой лад, хотя в конце концов на этом посту его сменил Геринг. Гизевиус утверждает, что он вместе с одним инженером ездил в резиденцию Шахта и по его просьбе произвел обыск, стараясь найти микрофоны, так как министр подозревал, что агенты Гейдриха шпионят за ним и записывают его резкие замечания. Они нашли микрофон, вмонтированный в телефонную трубку. Шахт в своих мемуарах «Первые 76 лет моей жизни» утверждает, что Гиммлер угрожал ему, когда он принимал должность, и даже предлагал ему уйти в отставку. В ответ Шахт послал ему краткую записку, где говорилось, что он уволится, когда ему прикажет фюрер, а СС лучше убраться с его дороги.

Стратегия, которую избрали Гиммлер и Гейдрих в своих действиях против верховного командования немецкого вермахта, была еще более коварной и привела к печально известным делам против Бломберга и Фрича в 1938 году. Вернер фон Бломберг, гитлеровский министр обороны, уволенный в 1938 году за то, что женился на проститутке, не зная о характеристике, данной ей полицией, с показным энтузиазмом поддерживал Гитлера. Бломберг был высоким, белокурым, привлекательным мужчиной, но его ума или коварства было явно недостаточно, чтобы справиться с теми, кто решил от него избавиться. Его активного противодействия возрастающей милитаризации СС после объявленной Гитлером в 1935 году мобилизации было достаточно, чтобы Гиммлер сделался его врагом.