Читаем Генетика любви полностью

В итоге я кивком показала, что приняла к сведению. Удивительно… Всю жизнь Морис старался показать значимость и высокое социальное положение вычурной одеждой и внешним видом, а если бы Касс не выделил Грегори среди многочисленных синих мундиров, я бы и не догадалась, что у этого мужчины столько власти.

Себастьян остался на ужин. Ланс и Лотт ели так тихо, что я забеспокоилась, а не обижают ли их в школе — слишком сильно поведение близнецов не походило на обычное. Из-за множества знакомств, освоения местных правил и новой должности голова шла кругом. Я почувствовала лёгкое угрызение совести, что до сих пор так и не выяснила, как близнецы восприняли переезд на Юнисию.

У меня ушёл битый час на расспросы: какие были предметы? Что узнали нового? Понравились ли учителя? Дети отвечали коротко и подозрительно синхронно. Так и не добившись ничего от них, я собрала посуду и пошла к раковине и тут услышала голос Лотта:

— Себастьян.

— А?

— А тут в каждом классе так много девочек или мы в какой-то особенный попали?

Профессор астробиологии и межгалактической генетики подвис, но, к его чести, пришёл в себя достаточно быстро:

— Никто классы по полу не распределяет. Вы учитесь в стандартной группе.

— О-о-о, — протянул Лотт изумлённо.

— А ты не хотел с Цварга уезжать, — внезапно фыркнул Ланс. — А я тебе говорил, что если дядя Себастьян говорит, что где-то прикольно, то надо ехать.

— Да ну тебя!

Я беззвучно расхохоталась, а неделей позднее на родительском собрании отметила, что девочек на Юнисии действительно в разы больше, чем на Цварге. Были тут, конечно, и эльтонийки, и ларчанки, и миттарки, и множество смесков, но и юных цваргинь, как мне показалось, немало.

«Это семьи военных или тех, кто по каким-либо причинам перебрался на Юнисию, а также некоторые граждане Федерации, решившие сменить место жительства», — объяснил Касс.

***

Дни полетели так быстро, что я перестала их считать. Да и зачем, когда каждый день полон сюрпризов, детского смеха, интересной работы и улыбок Себастьяна?

Целую неделю я составляла смету и просчитывала все необходимые материалы для первой пневмотрубы, затем подписывала документы у Грегори, знакомилась с учителями в Академии и родителями одноклассников Ланса и Лотта. Как-то само собой получилось, что Себастьян познакомил меня с друзьями, среди которых оказалась приятная пара цварга и цваргини с тремя девочками. Льерт и Селеста тоже перебрались сюда, так как посчитали Юнисию более свободной в плане законов и правил. Я смотрела на это чудо и не могла поверить.

— Мне казалось, на Цварге нет зарегистрированных случаев появления тройняшек-девочек, — тихо произнесла я после того, как мы ушли из гостей.

— Нет, — согласился Себастьян. — И мне самому интересно, почему рождаемость на родине так сильно перекошена в сторону мальчиков. На Юнисии рождаемость приближена к «пятьдесят на пятьдесят». Я сейчас как раз занимаюсь этими исследованиями. У меня есть некоторые идеи, но их сложно проверить — выборка слишком маленькая.

Время на Юнисии летело так быстро, словно я попала в сказку… или в настоящее, кто знает? Воспоминания о жизни на Цварге блекли и стали походить на кошмар, который поутру хотелось забыть, осталась лишь крепкая уверенность в том, что остаток жизни я проведу именно так — как независимая и свободная женщина, мама двоих замечательных мальчишек и инженер-архитектор логистической инфраструктуры на планете с уникальными свойствами почвы.

Говорят, к хорошему быстро привыкаешь, но даже в самых радужных мечтах я и представить себе не могла, что смогу где-то чувствовать себя настолько «дома».

Ланс и Лотт взрослели на глазах. Они с удовольствием проводили время с Себастьяном, активно принявшимся учить их распознавать эмоции Флаффи, а буквально через месяц заявили, что записались на дополнительные кружки при Академии. Лансу неожиданно понравилось заниматься с растениями на занятиях коллеги Касса — Майка Бруно, а Лотт изъявил желание пойти в секцию плавания. На Цварге у детей в школе были традиционные лыжи, но на Юнисии в первую очередь всех жителей учили плавать — причём как в обычной воде в бассейне, так и в разреженном океане.

Накануне доставки первых пентапластмассовых колец для сборки трубы Себастьян зашёл поинтересоваться делами близнецов и моими и предложил:

— А ты не против познакомиться с моими родителями?

Памятуя о родственниках Мориса, в первую секунду захотела ответить «против». Но я взяла себя в руки, мужественно улыбнулась и согласилась на встречу.

Вивьен и Север Кассы оказались удивительной парой. Они настолько идеально дополняли друг друга, что я даже как-то и забыла, что пришла не просто в гости к очередным соседям и друзьям Себастьяна, а к его родителям. Вивьен была очень приятной человеческой женщиной с некоторыми чертами миттарки: насыщенно-синими глазами и такими же синими волосами. У неё оказалась спортивная подтянутая фигура, деловой характер и прекрасная память.