Читаем Генерал-предатель полностью

Гаунт покачал головой. — Я думаю, мы здесь на правах доверия. Трон знает, Макколл, мы можем это превратить в преимущество для нас. Если мы уговорим их помочь нам...

— Они не выглядят для меня, как помощники, сэр, — ответил Макколл.

— А как они выглядят?

— Причудливо опасными типами, которые нас еще просто не убили.

— Хе-хе. Я тоже так думаю. Но давай отдадим им должное. Мне абсолютно ясно, что если бы они хотели убить нас, мы бы даже об этом не узнали, пока это бы не случилось. Я думаю, что мы заинтриговали их. Они любопытные. Кстати о любопытстве, позови сюда Вена.

Маквеннер подошел к ним по сигналу Макколла.

— Сэр?

— Вен, я верю, что мы живы только из-за твоих знаний, которые раньше были неизвестны, в прото-Готике.

Маквеннер пожал плечами.

— Пожимание не закончит разговор, Вен. Мне нужно знать.

— Это личное дело, сэр. Сугубо личное. Я бы предпочел не говорить об этом.

— А я бы предпочел не спрашивать тебя, но я спрашиваю. Нужды этой миссии превосходят любые личные проблемы, которые могут быть у каждого из нас. Вот так вот.

Маквеннер сделал глубокий вдох.

— Я пойду, проверю Фейгора, — сказал Макколл и быстро встал, чтобы оставить их одних.

— Итак, — сказал Гаунт. — Даже сарж не знает секретов своего лучшего разведчика?

— Он знает кое-что. Больше, чем кто-нибудь еще. Но не все.

— Ты можешь говорить на старом языке.

— Да, сэр.

— Потому что...?

— Я выучил его на Таните, когда был ребенком, сэр.

— Я тоже его учил, когда был ребенком, в школе на Игнатус Кардинале. Но ты говоришь на нем, как будто он твой родной, Вен.

— Может быть.

Гаунт снял свою шапочку и пробежался пальцами по гладким волосам. — Я не дантист, знаешь ли, Маквеннер.

— Э... что, сэр?

— Это как выдергивать зубы. У нас не так много времени. Поговори со мной, ради феса. Это связано с Налшином?

Маквеннер внезапно показался очень настороженным. — Да, сэр. Кто рассказал?

— Вен, о тебе ходят слухи с самого Дня Основания. В полку нет такого человека, который бы их не слышал. И нет ни одного человека, который видел, как ты дерешься один на один, чтобы сомневаться в них. У тебя навыки как ни у кого другого.

— Сэр.

— Считается, что Налшин вымерли, Вен. Воспоминания из феодального прошлого Танита. Как я слышал, Налшин были лесными воинами, боевым братством, которое обитало в наловых лесах и которое свергло старых тиранов. Кто-то думает, что они – миф. Кто-то полагает, что он никогда не существовали. Но они существовали, не так ли, Вен?

— Да, сэр.

— Не давай, мужик. Мне бы хотелось думать, что ты можешь доверять мне.

Маквеннер сел рядом с Гаунтом. Их ноги свисали с края платформы. — Налшин существовали, сэр. Прямо до дня, когда погиб Танит. Они продолжали свои традиции в отдаленных лесах, передавая знание колоула от отца к сыну. Их было очень мало, но они поклялись сохранять братство на случай того, если тирания когда-либо снова взрастет на Таните. Моя родословная идет от Налшинов с тех пор, как стали вести записи.

Гаунт кивнул, и подождал, пока Маквеннер не продолжит.

— Меня тренировали с ранних лет, с трех или четырех, я думаю. Меня отвел отец к старому учителю в наловые леса, и мне передали знания. Боевые навыки, ориентировка в лесу, саму веру. И язык. Налшин всегда использовали старую форму Готика, как их частный язык. Тот же самый язык, на котором говорили первые лесники, когда поселились на Таните в Ранние Времена.

— Прямо, как здесь, — сказал Гаунт.

— Да, сэр. Когда я услышал речь партизана, моя кровь похолодела. Это было словно, как снова слышать голос моего отца.

Маквеннер надолго, молча, уставился на деревья, затерявшись в воспоминаниях.

— Этого достаточно, Вен. Ты ответил на мои вопросы. Не на все, которые я хотел бы спросить, но этого достаточно.

— Спасибо, сэр. Но я думаю, что вы можете задать остальные. Вы имеете право знать. Я не верю, что должен иметь секреты от своего командира.

— Правильно. Ты – Налшин, Маквеннер?

— Нет, сэр. Я обладаю многими их навыками, но я никогда не заканчивал обучения. Мой отец хотел этого, как и старый учитель. Но я был своевольным юнцом. Я... думал, что лучше знаю. Видите ли, я хотел служить Императору. Я вступил в ополчение в ближайшем городе и, когда созывали Основание, записался в Гвардию. Последние из Налшинов... люди, как мой отец и остальные лесные учителя в отдаленных местах... погибли, когда Хаос сжег наш мир. — Гаунт кивнул.

— Вен, — сказал он, — если бы ты не был своевольным юнцом, если бы ты не покинул леса и не вступил в Гвардию, ты бы тоже погиб с Танитом. И если бы это случилось, два человека были бы очень разочарованы.

— Сэр? Кто?

— Первый это я, потому что без тебя очень много сражений Призраков были бы проиграны. Сколько раз ты спасал меня? Всего лишь вчера, на том поле, против проволочных волков. Я обязан тебе. Призраки обязаны тебе. Я знаю, что Корбек до конца жизни был обязан тебе.

— Тогда Колм – это другой человек, сэр? — спросил Маквеннер.

— Нет, Вен. Другой человек – это твой отец. Если бы ты остался в наловых лесах, и умер бы с ним, как умер Танит, сегодня не было бы Налшина, который направлял бы последних Танитцев.