И еще об одной стороне вопроса, которую нельзя не учитывать, делая сегодня выводы о том, как надо было или как не надо было поступать в прошлой войне. Разве можно, обсуждая эти вопросы, хотя бы и с чисто гуманистических, а не военных позиций, тем не менее абстрагироваться от мысли, – а что случилось бы, если бы Ленинград был сдан врагу. Сдача Ленинграда повлекла бы самые серьезные последствия для исхода войны в целом. А значит, и для всей страны. Разве не ясно, что падение Ленинграда означало бы выключение из ресурсов воюющей страны огромного промышленного потенциала, сохранявшегося в Ленинграде, гибель Балтийского флота, гибель или пленение миллионной армии, стоявшей под стенами города. Разве не ясно, с другой стороны, что соединение вермахта с финской армией и полное высвобождение гитлеровских войск, осаждавших Ленинград, означало бы, вместо срыва заглавного пункта гитлеровского плана молниеносной войны, содействие успешному выполнению этого плана?

Нетрудно себе представить, чем закончилась бы оборона Москвы в декабре 1941 года, если бы к фашистским дивизиям, вступившим в ее предместья на Ленинградском шоссе, подоспело такое подкрепление, как миллион вооруженных до зубов гитлеровцев, высвободившихся после сдачи Ленинграда.

Надо ли говорить о том огромном значении, которое имела несокрушимая оборона Ленинграда для поддержания духа наших войск на всех фронтах Великой Отечественной войны. Нетрудно представить себе, какой урон состоянию всей армии, всех защитников Родины был бы нанесен падением, а тем более добровольной сдачей Ленинграда фашистам.

И ленинградцы знали, что, защищая свой город, защищают не только себя, что от их стойкости и самопожертвования в большей степени зависит исход войны, судьба всего народа. Это также было составляющей их неколебимой решимости не сдаваться врагу.

…И вдруг, как говорится, – на тебе! Такой “подарок” от знаменитого писателя – зря-де воевали, братцыленинградцы, сдаваться надо было на милость Гитлера из гуманных соображений.

Зато как возрадуются, прочитав Ваши слова, те, кто ждет не дождется – когда уже они передохнут, эти блокадники. Подобные мечты о светлом будущем для себя на чьей-то освободившейся жилплощади нередко приходится слышать ветеранам от современных “гуманистов”.

Абсолютно убежден, что у вас не было и не могло быть намерения омрачать оставшиеся годы жизни ветеранов обороны Ленинграда. Тем более что Вы сами ветеран, не забывающий свою фронтовую долю и места, где Вам довелось воевать. Но объективно так получилось.

Предвижу возражения, что я Вас неправильно понял. Но, во-первых, поверьте, что именно так, как я, Вас поймут многие. Вы ведь достаточно ясно выражаете свои мысли. А во-вторых, и это для меня важнее, я буду искренне рад, если выяснится, что я понял Вас неправильно, что на самом деле Вы думаете о героических защитниках Ленинграда совсем не так, как это у Вас выплеснулось в устной форме, быть может, под настроение, в каюте “люкс” туристского теплохода*.

С уважением,

Даниил Алыниц, писатель

10.07.1989 г.»**

<p>Приложение 4</p><p>Из предисловия к книге «Ленинград в борьбе месяц за месяцем 1941–1944. Ассоциация историков блокады и битвы за Ленинград в годы Второй мировой войны. Государственный мемориальный музей обороны и блокады Ленинграда»</p>

«…Чтобы глубоко понять потрясающий драматизм положения, в котором оказались ленинградцы, надо уяснить простое, но очень важное, основополагающее обстоятельство – Ленинград нельзя было сдавать врагу! Нельзя ни при каких условиях! Современные спекулянты от истории уже пытались говорить о том, что гуманнее было бы сдать Ленинград и не подвергать его население мучениям и гибели. Но это демагогия. С таким же успехом можно говорить, что вообще не следовало сопротивляться агрессору, а сразу сдать свою Родину на милость победителя. Так и поступили правительства некоторых европейских государств, но у России такого выхода просто не было. Не существовало его и для нашего прекрасного города.

Ленинграду выпала высокая и трагическая участь стать одним из стратегических центров, от стойкости которого в значительной мере зависел дальнейший ход всей войны и судьба нашей общей Победы. Следует указать хотя бы четыре основные причины, определявшие жизненную необходимость обороны города на Неве не только для его населения, но и для всей страны.

В случае падения Ленинграда положение Кронштадта – последней базы нашего военного флота на Балтике – становилось безвыходным. Захватив Ленинград, немцы неизбежно овладевали и Балтийским флотом, который могли использовать против союзников, чего очень боялось правительство Великобритании. Кроме того, именно боевые корабли нашего флота препятствовали важнейшим перевозкам Германии из Скандинавских стран. Небогатая сырьевыми ресурсами Германия могла продолжать войну только при условии нормальной работы своих транспортных – железнодорожных и морских – коммуникаций. Одну из них и перекрывал своими активными боевыми действиями наш Балтийский флот, базировавшийся на Кронштадт-Ленинград.