Читаем Генерал Георгий Шпак полностью

Созданные Дудаевым вооруженные формирования, призванные поддерживать порядок в Чеченской Республике, на поверку оказались мощной армией, предназначенной для вооруженного противостояния России. В 1991 году дудаевскими формированиями было захвачено порядка 50 танков, 80 единиц бронетехники, 200 орудий и минометов, до 50 тысяч единиц стрелкового оружия, около 200 самолетов различных модификаций. Было выпущено на свободу более 250 преступников, в том числе около двухсот опасных рецидивистов, им было роздано оружие. К этому времени Дудаев завербовал до шести тысяч наемников из многих стран мира. В бандформированиях нашли укрытие от российского правосудия более тысячи двухсот особо опасных преступников.

…Поздней осенью 1994 года мне довелось выступать перед коллективом одного из военных заводов. Когда наступил черед вопросов из зала люди в большинстве своем спрашивали только о Чечне. Пресса, политические наши «деятели» широко обсуждали вопрос: «Что России делать с Чечней?». Было такое ощущение, что истерия нагнетается искусственно. Кому-то очень хотелось этой войны. И в основе всей этой, как впоследствии показала жизнь, российской трагедии многих лет лежали совсем простые, и чаще мелочные, устремления, амбиции и желания. Задали мне тогда прямой вопрос: «Ждать ли войны в Чечне?» Ответил: «Я думаю, что до этого дело не дойдет». Все-таки верилось, что здравые люди в руководстве страны войны не допустят. А спустя всего несколько дней страна узнала о новогоднем штурме чеченской столицы.

…Дудаев хотел уговорить Ельцина, чтобы его приняли в круг приближенных, как-никак он и сам законно избранный президент Ичкерии. А Ельцин уперся: «Нет! Дудаева не принимать! Заставить его подчиниться нашим законам». Вот такое легковесное, шапкозакидательское отношение к Дудаеву и обернулось затем тяжкими последствиями. Для начала решили Дудаева наказать. Собрали роту танков, наняли добровольцев и эту роту ввели в Грозный. Роте чеченцы дали зайти внутрь города и всех на площади перед президентским дворцом пожгли. Превратили танки в факелы. Погибли десятки людей. Авантюра провалилась. Ельцин говорит: «Давайте, вызывайте Дудаева, поговорим с ним». Но теперь уже тот: «Нет! Не поеду! Будем воевать!»

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное
Лев Толстой
Лев Толстой

Биография Льва Николаевича Толстого была задумана известным специалистом по зарубежной литературе, профессором А. М. Зверевым (1939–2003) много лет назад. Он воспринимал произведения Толстого и его философские воззрения во многом не так, как это было принято в советском литературоведении, — в каком-то смысле по-писательски более широко и полемически в сравнении с предшественниками-исследователя-ми творчества русского гения. А. М. Зверев не успел завершить свой труд. Биография Толстого дописана известным литературоведом В. А. Тунимановым (1937–2006), с которым А. М. Зверева связывала многолетняя творческая и личная дружба. Но и В. А. Туниманову, к сожалению, не суждено было дожить до ее выхода в свет. В этой книге читатель встретится с непривычным, нешаблонным представлением о феноменальной личности Толстого, оставленным нам в наследство двумя замечательными исследователями литературы.

Алексей Матвеевич Зверев , Владимир Артемович Туниманов

Биографии и Мемуары / Документальное