Читаем Генерал-фельдмаршал Голицын полностью

А вот шведы, которые вместе с Мазепой выпускали «прелестные грамоты», очень скоро сбросили маску и выступили как откровенные захватчики и насильники. В тех же Ромнах, по донесению того же Ушакова, «неприятель у жителей всякие харчи и иное покупал дорогою ценою, а по отъезде из Ромен назад деньги отбирал». Впрочем, вскоре шведы вообще перестали как-то платить за провиант и фураж — начался такой же грабеж населения, какой они учиняли в Польше и Белоруссии. Ответом на это стала развернувшаяся зимой 1708/09 года народная война против шведских захватчиков.

В этой войне русские солдаты и украинские казаки плечо к плечу сражались против шведов, что лучше всего доказывает оборона неказистых местных крепостей, ставших перед шведами неприступными твердынями. Так, 20 ноября 1708 года шведов не впустили в свой город жители города Смела, хотя там и не было русского гарнизона.

Одновременно с сопротивлением городов возникают партизанские отряды в сельской местности, и уже в начале декабря шведы вынуждены предпринять против них первую карательную экспедицию. «10 декабря полковник Функ с пятьюстами кавалеристами, — свидетельствует королевский историк Адлерфельд, — был командирован, чтобы наказать и образумить крестьян, которые соединялись в отряды в различных местах. Функ перебил больше тысячи людей в маленьком городке Дрыгалов. Он испепелил также несколько враждебных казачьих деревень и велел перебить всех, кто повстречался, чтобы внушить ужас другим». Однако никакие карательные экспедиции не могли сломить разворачивающуюся борьбу целого народа против захватчиков. Вскоре все дороги для шведов на Украине стали небезопасными от нападений бесчисленных казачьих отрядов. «Неприятель, — вынужден был признать Адлерфельд, — своими непрерывными налетами мешал нам пользоваться изобилием и плодородием этой прекрасной страны в той степени, как мы желали бы. Припасы становились к концу крайне редкими и чудовищно дорогими».

Партизанская война на Украине многократно усиливалась благодаря поддержке русской армии. Петр I сумел учесть важность этого дела, и из регулярных войск выделяются небольшие кавалерийские отряды, подобные отряду Ушакова, составленные из казаков и драгун, которые буквально висят на хвосте шведской армии. Эти отряды были полезны русскому командованию еще и тем, что поставляли крайне важные сведения о всех передвижениях и дислокации шведских войск. Как только шведы стали устраиваться на зимние квартиры, Ушаков, например, срочно сообщил 20 ноября 1708 года Меншикову, что «король шведский пришел в местечко Ромен ноября 18 дня. Изменник Мазепа такожде числа пошел до Гадич и намерение имел воровское, чтоб ему забунтовать запорожцами». О дальнейших передвижениях и дислокации шведов Ушаков пишет 7 декабря 1708 года самому Петру: король «стоит по квартирам против прежнего. Також уведомился через тутошних жителей, генерал-майор Лагер-Крон и Круз очистили квартиры, надеючись по деревням к Конотопу. Знатно, что хотят пространней стать».

Здесь Ушаков очень точно определил стремление шведов стать «пространней», прежде всего для сбора провианта. «Також неприятель провиант в близости выбирает и квитки в приеме отдает; також, где стоит оный неприятель по квартирам, великое чинит разорение…» — заключил он свое сообщение Петру I.

Сбор провианта и с помощью реквизий (когда платили ничего не стоящими бумажками — квитками), и путем прямого солдатского грабежа по квартирам уже в декабре 1708 года, после того как шведы объединили Ромны и Гадяч, становится одной из главных задач королевской армии. Отсюда прежде всего и ее частые передвижения по Украине. В поисках новых, изобильных провиантом местностей шведы, несмотря на суровую зиму, буквально рыскают по Украине, всюду натыкаясь на сопротивление маленьких городков и местечек и активные действия русской регулярной армии.

По распоряжению Петра русские гарнизоны еще в начале кампании 1708 года стояли в Чернигове и Нежине. Теперь регулярные части были введены в Полтаву, Веприк, Ахтырку, а самая главная армия после некоторых перемещений стала в Лебедине, имея запасную позицию в Сумах.

24 ноября Шереметев сообщал Петру: «Из Марковки 25 числа моя дивизия пойдет до Михайловки, чрез мост перебираться будет к Лебедину».