Читаем Генерал Алексеев полностью

2 января нового, 1878 года скобелевский отряд преодолел горный хребет и вышел на прямую дорогу к Адрианополю. А в феврале Казанский полк достиг предместий Константинополя. Казалось бы, заветная цель близка, и вскоре православный крест восторжествует снова над столицей бывшей Византийской империи. Однако «обстоятельства изменились». Как отмечал в своей рукописи Алексеев, «Сан-Стефанский договор, вознаграждавший Россию за все се жертвы, не понравился державам Западной Европы. Пройдя через Дарданеллы, английские броненосцы маневрировали у Принцевых островов, в виду русской армии. Скорое возвращение на Родину, так страстно желанное, так дорогое для каждаго человека, теперь отлагалось на неопределенное будущее; в этом темном будущем, пожалуй, могло возникнуть новое столкновение с врагом, более искусным, более стойким, нежели турки. Об этом-то столкновении говорил Скобелев офицерам во время маневров 24 марта: советуя не забывать недавно пережитых кровавых дней, Скобелев дал кое-какие указания… которые, пожалуй, придется применить к делу в борьбе с новым врагом. А пока европейский ареопаг строил свои козни да всеми силами старался что-нибудь урвать у России, у нас снова потянулась прежняя однообразно-скучная жизнь с ее обычными занятиями».

Разместившись вблизи Константинополя, Казанский полк жил довольно насыщенной жизнью. Офицеры полка выезжали в город, не пренебрегая разнообразными житейскими удовольствиями, тратили полученные боевые оклады. «Каждому хотелось вознаградить себя за долговременный пост; каждый лихорадочно спешил удовлетворить какую-нибудь свою страсть, ухватить от жизни лишнее мгновение наслаждений, без разбора, хоть призрачное, да подобие наслаждения… каждый веселился во всю ширину русской натуры, без удержу, без дум о будущем, стараясь забыться, не помнить пережитого», — так писал об этом моменте Алексеев.

Для солдат подобных послаблений не было. Поэтому «за напряжением физических и нравственных сил, естественно, должен был последовать упадок и тех, и других, чему еще больше способствовала однообразная жизнь… окончательная потеря надежды на скорое возвращение в Россию». Вскоре среди солдат двух батальонов началось распространение тифа.

Скрашивали жизнь общие полковые праздники, русские православные традиции. 16 апреля 1878 г. праздновали Светлое Христово Воскресение. Интересный факт приводился в рукописи Алексеева. Возрождая православие на древней земле бывшей Византии, «освободив турецкую мечеть, окропили се святой водой и там торжественно совершали службу, к великому изумлению и, вероятно, к немалому неудовольствию оставшихся в деревне татар».

Особое психологическое значение имели в этой обстановке военные смотры и парады. В рукописи Алексеева описывался один из таких парадов — накануне полкового праздника в Сан-Стефано. Важность парада представлялась несомненной еще и потому, что «в заграничной печати, в Константинополе с некоторого времени стали распространяться упорные слухи о жалком состоянии русской армии, изнуренной беспрерывными походами и болезнями. Рассказывали об упадке дисциплины; рассказывали, что русский солдат окончательно упал духом, раскис, стал ни к чему не годен. Слухи росли и распространялись самые нелестные, неправдоподобные. На предстоящий парад съехалась масса зрителей: тут были турецкие паши и иностранные корреспонденты; представители всех национальностей; всякий праздношатающийся люд; даже турчанки, закутанные с ног до головы, в своих закрытых каретах. Каждый… злорадно ожидал, что вот-вот оправдаются все рассказы, что… победители предстанут перед ними не в своем величии, а изнуренные, жалкие и деморализованные. На нас глядела вся Европа, с желанием унизить, раздавить нас. И что же?. На нолях Сан-Стефано, ввиду турецкой столицы, Русская армия явилась во всем своем могуществе, грозная и непобедимая… Русская армия вывела на парад такое число стройных, с полным числом рядов, батальонов, эскадронов и батарей, о котором, вероятно, и не помышляли… Этот парад был равносилен победе… Ко времени парада у нас в полку было по 45 рядов в ротах… Подновленные кантики, лоснящаяся амуниция, ярко начищенные пуговицы, — все это прикрыло от постороннего глаза разные изъяны и прорехи, не соответствующие парадной обстановке».

Итак, русская армия смогла проявить не только свои высокие боевые качества, дойдя до стен древней византийской столицы. Армия показала, что она готова к новым боям и походам, что дух русского солдата по-прежнему высок. И это не могло не повлиять на исход проводившихся в то время дипломатических переговоров в Берлине.