Читаем Ген Человечности полностью

Боковое стекло пилотской кабины вертолета со стороны пилота было уже разбито, судя по всему пулей. Стараясь глубоко не вдыхать (воняло – страшно, с ног просто сбивало) я стволом винтовки выбил остатки стекла, просунул внутрь руку и открыл дверцу. В пилотском кресле, пристегнутый ремнями безопасности, сидел труп в форме пилота армейской авиации США, судя по знакам различия – майора. Я начал отстегивать ремни безопасности, чтобы вытащить его из кабины вертолета и тут мой взгляд упал на висевшую на груди кобуру.

– С каждой прожитой минутой жизнь становится все интереснее и интереснее – пробормотал я, отстегивая кобуру.

В кобуре была не Берета М9 и не ружье выживания, как это можно было ожидать – в кобуре был немецкий HK MP7A1 – компактный пистолет-пулемет с глушителем под патрон 4,6*30. Это оружие в армии США распространено не было – оно было принято, как оружие ограниченного стандарта и выдавалось пилотам вертолетов, совершающих опасные полеты над вражеской территорией. Если собьют – с пистолетом много не навоюешь, а пистолет-пулемет с глушителем давал какой-то шанс.

Так этот вертолет что – из сто шестидесятой эскадрильи!? (эскадрилья 160 – специальное вертолетное соединение для транспортировки и поддержки спецназа – прим автора) Вылез из кабины вертолета, бросил взгляд на опознавательные знаки – точно не сто шестидесятая. Опознавательные знаки сто шестидесятой эскадрильи я знал, налетался с ними. Да и комплектация вертолета обычная, армейская. Почему же тогда у пилота такое оружие?

– Энджи, проверь того! – крикнул я, указав на лежащий метрах в пятидесяти от вертолета труп, основательно уже истерзанный стервятниками. Ничего, пусть привыкает. Сам же я положил на землю кобуру с немецким автоматом и снова полез в вертолет.

Морщась от вони, отстегнул ремни безопасности, выкинул труп из кабины вертолета.

Обыскал – на удивление не нашел плана полета. Карты нашел, но они были чистыми, маршрут полета не проложен. Они что – наобум летели, куда глаза глядят?

Изогнувшись в три погибели, проник в салон – труп был и там. Он лежал на животе, на полу и в его спине виднелась огромная дыра, судя по всему результат прямого попадания из крупнокалиберного пулемета. Долго не дышать было невозможно, поэтому первым делом я нашел ручку боковой двери вертолета, с силой рванул на себя, молясь чтобы дверь не заело от падения и она открылась. Видимо сегодня мне везло – дверь отъехала в сторону как по маслу, видимо силовая конструкция машины при падении не была повреждена – а это значит, что машину сажал еще живой пилот.

Выпрыгнув, я потянул за ноги труп. Тот был тяжелым, килограммов сто не меньше, но мне все-же удалось его вытащить. Матерясь, я ногой перевернул его на спину, взглянул на табличку с именем на камуфляже – и потрясенно застыл.

Томас МакНейл. Какого хрена он делал в этом вертолете?

Майор Томас МакНейл из сто первой аэромобильной дивизии, десантники полгода стояли бок о бок с нами в Ираке, и МакНейла я хорошо знал. Место их дислокации в США отстояло от Аризоны на тысячу километров, не меньше. Так что он делал на этом вертолете?

Оставался и другой более важный вопрос – кто сбил вертолет. Судя по характеру повреждений, которые я видел, стреляли из крупнокалиберного пулемета сверху вниз, причем "Ястреб" в этот момент находился в воздухе. А это значит, что его сбили из другого самолета или вертолета. Точно не одержимые – тогда кто?

– Кто это? – раздалось сзади, и я вздрогнул – Мать твою, ты какого хрена из машины вышел! Я тебе где сказал быть!?

– Так одержимых же нет… – недоуменно сказал Пит – Нет или есть – это мне виднее! Бери вон тот ствол и марш в машину! – я показал на лежащую на земле кобуру с автоматом.

С МакНейлом похоже все – я обыскал карманы – ни документов, ни карт, ничего.

Немного наличных денег, зажигалка, складной нож. Рассовав добычу по карманам (Маку она все равно больше не пригодится), я снова залез в вертолет в поисках оружия.

Первой я нашел штурмовую винтовку, судя по всему принадлежавшую Маку, ударом ее отбросило в угол, под сидения. Находка очень даже полезная – стандартная М4А1 с подствольником М203 и простеньким прицелом Aimpoint. С виду рабочая, падением не поврежденная. Разгрузка с магазинами была на теле МакНейла, тоже пригодится.

Дополнительная винтовка да еще с подствольником в нынешние времена – великое дело!

Повесив винтовку за спину, я пролез дальше – и там меня ожидала еще одна "вкусняшка".

На месте бортового стрелка был укреплен пулемет, причем – повезло – не авиационная модель, а обычный пехотный M240D на авиационном станке. Пулеметная лента, заправленная в приемник пулемета, змеей уходила вниз, в большой ящик у ног бортового стрелка. Судя по всему – на тысячу патронов, длинная. Это я удачно зашел…

– Алекс!

– Что?

– Этот… его птицы расклевали…

Курица не птица, женщина не офицер, блин…

– Ты его обыскала?

– Да, у него автомат, маленький…

– Жди, сейчас я тебе подам кое-что…