Читаем Ген Атлантиды полностью

Дэвид огляделся. Не лжет ли голос? Зачем говорить ему об этом? Что он может сделать? Прострелить реакторы? Маразматическая идея — тут толстенные бетонные стены. Выстрелить наудачу в один из кабелепроводов в надежде на успех? Маловероятно. Потолок? Бесполезно.

Голос от него чего-то хочет, иначе зачем бы его расспрашивать? Может, голос лжет. Может, Кейт ждет его на поезде. Может, они не смогли ее схватить.

— Чего тебе надо? — гаркнул Дэвид.

— Кто послал тебя сюда? — прогрохотал голос.

— Отпусти ее, и я скажу.

— Разумеется, по рукам, — рассмеялся голос.

— Отлично, спускайся сюда, и я сделаю официальное заявление. Даже картинку тебе нарисую. У меня и электронный адрес его есть.

— Если мне придется туда спускаться, я выбью это из тебя. У меня времени в обрез. Некогда возиться с наркотой.

Реакторы взревели громче. Должны ли они так звучать?

— У тебя тут нет выбора, Эндрю, — продолжал голос. — Мы оба это знаем. А ты все упорствуешь. В том-то и заключается твоя проблема — твоя слабость. Ты ведешься, как младенец, на безнадежно проигранное дело. Оно апеллирует к твоим мечтаниям о героическом спасении. Пакистанские пейзане, джакартские шкеты — вечно ты вляпываешься. Потому что сочувствуешь жертвам, мыслишь, как жертва, — уж такой у тебя менталитет. Думаешь, что если поквитаешься с людьми, причинившими тебе зло, то восстановишь свою целостность. Но не тут-то было. Все кончено. Ты же знаешь, что это правда. Слушай мой голос. Ты знаешь, кто я. Я всегда держу свое слово. Я устрою девчонке быструю смерть, обещаю. Это лучшее, чего ты можешь тут добиться. Скажи мне, кто это. Это твой финальный выход.

Стандартная процедура допроса: сломай субъекта, заяви о своем превосходстве и убеди, что откровенность — единственный возможный выбор. Вообще говоря, на этот раз действительно получилось довольно убедительно. Дэвид понимал, что они могли бы просто выкурить его, пустив газ, швырнув внутрь гранату или бросив на штурм нескольких охранников. У него же выбора нет. Но теперь он наконец сообразил, кто держит микрофон — Дориан Слоун, полевой командир «Иммари» в Афганистане и Пакистане. Нужно было сообразить, что Слоун уже заправляет всем регионом через «Иммари Секьюрити». Он безжалостен, толков… и тщеславен. Нельзя ли воспользоваться этим? Это главный шанс выиграть время на случай, если что-нибудь произойдет. Или если Слоун врет и Кейт все-таки улизнула.

— Чё я тебе скажу, Слоун; сдается мне, прошляпил ты свое призвание. Психоанализ… просто изумительный. Ты вправду заставил меня усомниться во всей собственной жизни. Не дашь ли мне минутку поразмыслить над глубокими проблемами, которые ты затронул? Я имею в виду…

— Хватит переливать из пустого в порожнее, Эндрю. Это не поможет ни тебе, ни ей. Слышишь, как эти реакторы набирают обороты? Это звук энергии, вливающейся в аппарат, убивающий Кейт в эту самую секунду. Так что остался только ты. А «Часовая башня» пала пару часов назад. А теперь поведай мне…

— В таком случае это ты переливаешь из пустого в порожнее. Мне сказать нечего, — скрипнув зубами, Дэвид бросил пистолет на пол. Тот проскользил по инерции всю дорогу до дальней двери. — Если хочешь выбить это из меня, тогда спускайся сюда и покажи, на что способен. Я не вооружен. Крохотный шансик у тебя есть.

И встал посередине комнаты в форме песочных часов, переводя взгляд с одной двери на другую, гадая, которая из них откроется первой… и успеет ли он, когда это произойдет.

Реактор взвыл еще громче, и Дэвид ощутил пышущий от него жар. Он что, неисправен? Позади Вэйла бетонная дверь с рокотом ожила, поднимаясь из двухфутового углубления в полу. Пистолет остался у противоположной двери.

Дэвид ринулся к открывающейся двери. Сорок футов. Тридцать. Это единственный шанс: проскользнуть под ней и драться врукопашную, а потом попытаться прорвать установленный ими кордон. Двадцать футов.

Поднырнув под дверь, Слоун выскочил, как черт из табакерки, вслед за пистолетом в правой руке. Сделал три быстрых выстрела. Первый попал Дэвиду в плечо, мгновенно сразив его и бросив на бетонный пол. Размазывая кровь, Вэйл перекатился, пытаясь подняться на ноги, но Слоун его опередил, дав ему подсечку.

— Кто тебе сказал об этом месте?

Голос его был едва слышен за ревом реакторов. В плече у Дэвида пульсировала мучительная боль. Рана казалась и не раной даже: из него словно выдрали кусок плоти. Левой руки он совсем не чувствовал.

Слоун нацелил пистолет на левую ногу Дэвида.

— Ну, хотя бы умри достойно, Эндрю. Скажи, и я покончу с этим.

Дэвид пытался соображать. Нужно выиграть немного времени.

— Имени я не знаю.

Слоун приблизил пистолет к ноге Дэвида.

— Но… у меня есть IP-адрес. Так я с ним общаюсь.

Слоун отступил, обдумывая услышанное.

Дэвид сделал пару порывистых вдохов.

— Он в моем левом кармане; тебе придется самому его достать, — указал он рукой.

Наклонившись к нему, Слоун нажал на спусковой крючок, вогнав пулю Дэвиду в ногу. Тот забился на земле, вопя от боли. Дориан начал огибать его по дуге.

— Хватит. Мне. Врать.