— Хорошо, хорошо. Я скоро прибуду. Лучше будьте наготове. — Дориан повесил трубку.

Шанса снять ее снова Наоми ему не дала. Опрокинув в себя остатки мартини, вальяжной походкой приблизилась к нему, поставила бокал на стол и оседлала его, сбросив халат на пол. Взялась за его молнию, но Дориан, схватив ее за руки, прижал их к бокам, затем поднял Наоми и отшвырнул на кушетку позади себя. И нажал на кнопку вызова у себя за спиной.

Пять секунд спустя стюардесса открыла дверь, но, увидев эту сцену, попятилась.

— Стоп. Останьтесь, — приказал Дориан. — Присоединяйтесь к нам.

Лицо девушки озарилось пониманием. Она тихонько прикрыла дверь, будто подросток, собравшийся улизнуть из своей спальни ночью.

Восстав с кушетки, Наоми обхватила лицо девушки ладонями, поцеловала ее, стянула с нее шарфик и наконец принялась возиться с пуговицами синего блейзера, надетого поверх белой блузки. Не успел поцелуй закончиться, как та уже была обнажена по пояс, и Наоми закончила дело, спихнув ее юбку на пол.

Глава 48

Снежный лагерь «Альфа»

Скважина № 4 Восточная Антарктика

Закрыв дверь своего мобильного жилого отсека, Роберт Хант взял микрофон рации.

— Добыча, здесь Снежный Король. Мы дошли до отметки семь-пять-ноль-ноль футов, повторяю, отметка семь-пять-ноль-ноль футов. Статус не изменился. Не встретили ничего, кроме льда.

— Снежный король, это Добыча. Вас поняли. Глубина семь тысяч пятьсот футов. Ждите.

Положив микрофон на откидной столик, Роберт откинулся на спинку хлипкого стульчика. Скорей бы покинуть эту промороженную адскую дыру. Он бурил на нефть в самых суровых краях планеты — в Северной Канаде, Сибири, на Аляске и в Северном море за Полярным кругом. Ничего даже отдаленно похожего на Антарктику.

Он оглядел отсек, служащий ему домом последние семь дней. Точь-в-точь такой же, как последние три отсека и последние три буровые площадки: комнатенка десять на пятнадцать с тремя койками, большущим шумным обогревателем, четыре сундука с инструментом и продуктами и столик с радиостанцией. Холодильника нет; уж с чем с чем, а с охлаждением тут никаких проблем.

Рация с треском включилась.

— Снежный Король, здесь Добыча. Вам приказано следующее: снять буровую, закрыть скважину и следовать на новое место. Пожалуйста, подтвердите приказ, когда будете готовы принять новые GPS-координаты.

Роберт подтвердил приказ, записал новые координаты и дал отбой. Посидел минутку, думая о работе. Три буровые площадки, все на семь тысяч пятьсот футов в глубину, везде один и тот же результат: ничего, кроме льда. А все оборудование белое и покрыто громадными белыми тентами наподобие парашютов. Что бы они ни делали, работодатель явно не хочет, чтобы кто-нибудь заметил это с воздуха.

Роберт предполагал, что они бурят на нефть или какие-то драгоценные металлы. Скрытное бурение — отнюдь не такая уж диковинка. Приходишь, буришь, находишь золотую жилу, маскируешь, а потом берешь исключительное право на землю. Но в Антарктиде права на буровые работы никто не даст, да сверх того существуют куда более доступные — куда более дешевые — места, где можно отыскать нефть и сырьевые материалы. С точки зрения экономики эта затея — бессмыслица какая-то. Но деньги вроде бы никого не смущают. Каждая буровая располагает оборудованием миллионов на тридцать долларов — и владельцам типа наплевать, что с ним может произойти. Ему заплатят два миллиона долларов, как они утверждают, за два месяца — от силы — бурения. Он подписал соглашение о неразглашении. И здрассте пожалуйста.

Два миллиона долларов, бури, где мы скажем, держи рот на замке. Именно так Роберт и намерен поступить. Два миллиона долларов вытащат его из неприятностей, в которые он впутался, и может быть, останется еще достаточно, чтобы распроститься с буровыми навсегда. Может, он даже уладит собственные проблемы, в первую голову и загнавшие его в эту дыру. Но, наверное, это уже самообольщение, шансов на это не больше, чем наткнуться на нефть в Антарктиде.

Глава 49

Где-то над горами Западного Китая

Они сделали три захода на посадку в маленьком озерце, и больше Кейт снести этого не могла.

— Мне казалось, вы сказали, что умеете летать на этой штуковине.

Дэвид все внимание сосредоточил на управлении.

— Приземлиться куда труднее, чем летать.

В представлении Кейт что летать, что приземляться было одно и то же, но она решила не углубляться. Только в сотый раз проверила пряжку привязного ремня.

Дэвид стер конденсат с пары старинных приборов и попытался выровнять самолет для очередного захода.

Тут Кейт услышала перебои в работе двигателя и почувствовала, как ее сторона самолета опустилась.

— Это вы сделали?

Дэвид постучал по приборной доске — сперва легонько, потом сильней.

— Горючее кончилось.

— Я думала, вы сказали…

— Должно быть, указатель уровня сломался. — Дэвид указал головой. — Перебирайтесь назад.

Кейт переползла через него на задний ряд сидений, на сей раз подчинившись без споров и жалоб. Пристегнулась. Эта попытка сесть будет последней.