Читаем Гелликония полностью

Смешавшись, советник замолчал. Бледный вечерний свет заполнял комнату. Испод облаков за окном освещали вспышки далеких зарниц. Взявшись за рукоятку лежащего на столе меча, король вытащил его из ножен. Потом с улыбкой взвесил сталь в руке.

Попятившись, СарториИрвраш опрокинул кувшин со святой водой, разлившейся по кафельному полу широким потоком.

ЯндолАнганол начал бой с тенью, выполняя свои обычные упражнения с мечом, делая выпады, уклоняясь от ударов и нанося их, иногда уходя в глубокую защиту, иногда переходя в атаку. Фехтуя, он быстро передвигался по комнате. Прислужницы жались к стенам, тихо охали и переговаривались дрожащими голосами.

– Туше! Ампо! Хоп! Туше!

Меч короля со свистом рассек воздух, и лезвие устремилось к советнику.

Стальное острие замерло в нескольких дюймах от шеи СарториИрвраша. Не опуская меча, король сказал:

– Где мой сын, а, старый хитрец? Где он, где Робайдай? Ты знаешь, что он хочет моей смерти?

– Мне хорошо известна история вашей семьи, ваше величество, - ответил СарториИрвраш, инстинктивно прикрывая горло руками.

– Мне нужно уладить это дело с моим сыном. Может быть, ты прячешь его у себя, в этом своем кроличьем садке?

– Нет, сударь, у меня его нет.

– А я говорю, прячешь, - фагор-стражник донес мне. И знаешь, что он еще мне нашептал? Оказывается, есть еще порох в пороховницах - с бабами ты по-прежнему лихой, ага?

– Сударь, события последнего времени утомили вас, вы перевозбудились. Позвольте дать вам…

– Я ничего больше не приму от тебя, господин советник, а вот ты получишь сталь в кишки. Отвечай же! У тебя в комнатах кто-то есть?

– Да, сударь, извольте - у меня там есть посетитель, юноша из Морструала, и только-то.

– Юноша, говоришь? Можешь оставить его себе…

Казалось, король потерял интерес к посетителям советника. С криком вскинув руку, он метнул меч, точно вонзившийся в деревянную балку под потолком. Подпрыгнув, король ухватился за рукоятку и вырвал оружие, при этом полотенце упало с его бедер.

Наклонившись, советник поднял полотенце, чтобы вернуть монарху, и льстиво проговорил:

– Понимаю, откуда происходят ваша ярость и безумие, и вполне допускаю…

Схватив вместо полотенца чарфрул СарториИрвраша, король рванул его на себя, чуть не свалив советника с ног. Полотенце снова полетело на пол. Советник испустил сдавленный крик. Пытаясь отстраниться, он поскользнулся, упал и потянул за собой короля - они вместе тяжело рухнули на пол прямо в лужу натекшей воды.

Через мгновение король, вскочив ловко, как кот, уже снова был на ногах и, махнув прислужницам, приказал им помочь советнику подняться. С помощью двух служанок советник с трудом встал, кряхтя и держась за спину.

– Теперь уходите, сударь, - приказал король. - Собирайте вещи - поторопитесь, пока мне не пришла охота показать, каких глубин способно достигать мое безумие. И помните - я знаю, кто вы: атеист и мирдопоклонник!

Добравшись до своих покоев, советник приказал служанке-рабыне размять его ушибленную спину и втереть в нее мазь и некоторое время лежал так и отдыхал, постанывая от удовольствия. Его личный страж и телохранитель, Лекс, взирал на происходящее с полнейшим равнодушием.

Получасом позже советник попросил сока скваанейи в бокале, набитом лордриардрийским льдом и, тщательно взвешивая каждое слово, написал королю письмо, время от времени почесывая спину.

Достопочтенный государь,

Я верой и правдой служил дому Анганолов много лет, чем снискал определенную славу и уважение. Я и сейчас готов продолжать службу, несмотря на все выпады в мою сторону, поскольку мне хорошо понятна буря, поднявшаяся в душе Вашего Величества и затмевающая Ваш разум.

Что касается моего атеизма и преданности наукам, на что Вы так часто соизволяете гневно мне указывать, то позволю себе сказать, что я таков, каков есть, а науки и чистый незатуманенный разум позволяют мне видеть мир в истинном свете, без прикрас или уничижения. Я никогда не пытался настроить Вас против вашей веры; единственное, чего я хотел, - указать Вам, в чем и как слепая вера может затруднить Ваше и без того сложное положение.

Я вижу наш мир в его повсеместном единстве. Вам известно о моем открытии полосатой окраски хоксни, опровергнувшем прежнее общее мнение. Открытие мое крайне важно, поскольку соединяет в одну цепь времена нашего Великого Года и дает общее представление об их сути. Я уверен, что не только хоксни, но и многие другие растения и животные имеют свойства адаптации подобного же характера, позволяющие им выживать в тяжких условиях нашего непростого и столь разительно меняющегося климата.