Читаем Газзаев полностью

По окончании сезона спортивный обозреватель Максим Квятковский писал: «Ничего на первый взгляд не изменилось. „Динамо“ как было год назад пятым, так и осталось. Но качественный шаг вперед бесспорен. И вовсе не потому, что команда набрала 50 очков вместо прошлогодних 44, забила на гол больше, а пропустила на шесть мячей меньше. И не потому даже, что в 99-м надежда на медали угасла задолго до окончания чемпионата, а в 2000-м жила вплоть до заключительного тура.

Шаг вперед то, что после нескольких лет бесполезных, по сути, метаний „Динамо“ наконец-то стало командой—молодой, перспективной и очень симпатичной… Динамовский футбол сейчас легко узнаваем. Да, ему присущ налет авантюризма, но это, согласитесь, лучше, чем наблюдать за командами, прагматично выстраивающими стену у своих ворот и уповающими лишь на контратаки. Сколько запоминающихся игр выдало „Динамо“ в этом году! В их числе, между прочим, по два матча и со „Спартаком“, и со столичным „Локомотивом“…

А это значит, и на будущий год от бело-голубых можно ожидать искрометной игры. Что до результатов в сезоне-2001, многое будет зависеть от того, как команда проведет селекцию. Намерения у Газзаева и его помощников, насколько мне известно, весьма серьезные».

Но подобные отзывы, которых в тот год было немало, Валерия Георгиевича не обольщали. Конечно, он не хуже других понимал, что молодежь — это завтрашний день команды, всего нашего футбола. Но вот этот самый завтрашний день он видел, в отличие от многих, совсем по-иному, отнюдь не с позиций традиционных представлений о российском футболе. Он мечтал о прорыве в будущее, о создании команды международного класса. Чтобы этот прорыв совершить, нужно было решать проблемы не просто улучшения, а кардинального изменения игры. Возможностей для такого прорыва он не находил, не хватало главного — высококлассных исполнителей его замыслов.

Что там говорить о глобальных вопросах, если, сколько ни бился, так и не смог решить насущную текущую задачу — подобрать в команду достойного диспетчера, который смог бы стать «мозговым центром», обеспечить на поле реализацию тактических планов тренера. Мечтал найти футболиста со способностями Титова, Лоськова, Семака. В поисках решения проблемы пытался в центр полузащиты, на позицию «под нападающими», перевести Гусева. Не получилось. А без тонкого диспетчера команда часто теряла элементарную нить игры.

Подобное произошло в августе 2000 года, когда динамовцы, показав блестящую игру в первом тайме и забив в ворота московского «Локомотива» два мяча, «развалились» во второй половине встречи, что позволило железнодорожникам сравнять счет. Итоги этого матча спортивный обозреватель Юрий Севидов прокомментировал, например, следующим образом: «Как мне кажется, „Динамо“ подставило Газзаева. Когда его приглашали в динамовский клуб, Газзаев явно рассчитывал на других игроков, которых он так и не получил. Хотя главному тренеру бело-голубых удалось эмоционально зажечь своих подопечных и выжать из них, как говорится, все соки. Но игровой потолок у команды остался на том же уровне».

Вряд ли были тогда веские основания говорить о том, что Газзаева «подставили» — в общих чертах Валерий Георгиевич положение клуба представлял, хотя и надеялся на большее. Но с тем, что в команде просматривался потолок, который не в силах поднять никакому тренеру, спорить действительно было трудно.

И все же «Динамо» 2000 года понравилось и болельщикам, и прессе — публика соскучилась по зрелищному, атакующему футболу. Именно тогда вошло в обиход чье-то расхожее высказывание о том, что тренеры делятся на тех, кто предпочитает счет 4:3, и тех, кто довольствуется результатом 1:0. Первых, по мнению многих, олицетворял Газзаев, о чем свидетельствовало и соотношение забитых и пропущенных динамовцами мячей в том сезоне — 45:35. Оно, безусловно, могло бы выглядеть более привлекательным (пропустили-то многовато), но откровенно слабо сыграли тогда вратари, были проблемы и с защитниками.

Конечно, не обошлось и без упреков в адрес тренера, который, как тогда казалось, в стремлении улучшить качество игры забывал о необходимости добиваться нужных результатов. Но на это он шел вполне сознательно. «Для меня самое главное, — говорил тогда Валерий Георгиевич, — лицо команды. Еще раз повторю: какие-то шаги приходилось делать в ущерб результату. Но мы сознательно встали на этот путь и сворачивать с него не намерены».

Именно на этом пути, который выбрал для себя Газзаев в «Динамо», окончательно выкристаллизовывалась его фирменная схема «3–5—2». Валерия Георгиевича давно привлекали ее гибкость, заложенная в ее основе возможность перестраиваться и менять тактические ходы в течение матча, создавать мощное давление на соперника во время игры своей команды «первым номером», постоянно угрожать противоборствующей стороне во время вынужденных оборонительных действий.