Читаем Газзаев полностью

Если бы тот ответил, может, потом и легче бы было. Но парень только спокойно и холодно произнес: «Валера, ты не прав». И только тут до Валерия дошло, что совершил он что-то непоправимое, чему нет никакого оправдания. Мгновенно сникнув, потащился прочь, спиной ощущая презрительные взгляды друзей. Бывших. Сказать ему было нечего, душил невыносимый стыд. Наспех, почти по-воровски собрал вещи и уехал из расположения сборной.

Мелькавшие мысли о том, что в сборной ему больше не играть, что, может быть, перечеркнул всю свою карьеру, казались пустыми и не имеющими никакого значения. Страшно было осознавать другое: считал ведь он, что заслужил признание и уважение ребят, а оказался среди них чужим…

Прошло время, и Валерий помирился с тем парнем, которого незаслуженно тогда обидел. Когда через несколько лет встретились, о былом инциденте даже вспоминать не стали. Хотел было Валерий повиниться, но тот словно предугадал это желание и, понимая, что нелегко ему ворошить прошлое, непринужденно перевел разговор на другую тему. И с другими ребятами, отвернувшимися от него в тот памятный день, восстановились дружеские отношения. Но на всю жизнь запомнилось, чем может обернуться нанесенная человеку обида. Не только для него, но и для тебя.

Вопреки ожиданиям, когда приехал из юношеской сборной в Орджоникидзе, никто его воспитывать не стал, хотя о том, что произошло, в «Спартаке», естественно, стало известно. Но, видно, поняли, что Валерий и сам тяжело переживает происшедшее. Что ж, пора осознать, что в семнадцать лет человек уже отвечает за свои поступки сполна, что детство давно кончилось и пора относиться к жизни по-взрослому.

Что он к этому времени накопил в своем жизненном багаже?

Дворовые представления о чести, которая защищалась исключительно кулаками на «сходках». Неуемное желание самоутвердиться в жизни через единственно возможное средство — футбол. Трудолюбие, амбициозность, решительность, стремление быть первым — все эти качества странным образом соседствовали с незащищенностью и ранимостью.

При всем этом главная мечта, связанная с футболом, хоть и требовала огромных физических и душевных усилий, была по сути незатейливой. Футбол застил другие стороны жизни, может быть, саму жизнь. Отсюда — и преждевременное обольщение, что пришло настоящее признание и главная цель почти достигнута. Если обычная футбольная форма, полученная в детской спортивной школе, произвела на мальчишку впечатление, близкое к потрясению, что говорить о майке юношеской сборной, на которой красовались четыре гордые буквы: «СССР». Как ему было понять, что в семнадцать лет настоящих футболистов не бывает, бывают лишь таланты. Одним суждено раскрыться и окрепнуть раньше, другим — позднее, третьим вообще уйти из футбола.

Беда, но не вина, видится в юношеских выходках Валерия, которые нелегко понять тем, кто сам не прошел через жизнь рабочих окраин и поселков, заставляющую постоянно балансировать на краю пропасти, в которую очень просто можно угодить помимо собственной воли, совершенно не осознавая опасности. Не могут уберечь от этого ни предостережения, ни увещевания — законы улицы им не внемлют. Они предписывают свою мораль, которую волей или неволей усвоил и Газзаев.

Надо также иметь в виду, что полностью захватившая его повседневная жизнь футбола ничего общего не имела с той праздничной атмосферой, в которую окунаются болельщики на стадионах во время матчей. Сыграло свою роль то обстоятельство, что орджоникидзевский «Спартак» после кратковременного взлета вновь, и уже надолго, обосновался тогда в первой лиге. Пожалуй, понятие «первая лига» более близко для провинциальных болельщиков, хотя и многие именитые столичные клубы не избежали участи попробовать ее на вкус. Как-то один из наших известных тренеров, склонный, правда, к некоторой доли эпатажа, сравнил бразильский футбол — «праздник, карнавал, самба» — с тем, что ему довелось пережить в первой лиге — «пьяная драка с поножовщиной». Понятно, что речь идет о характере игры и царящих вокруг нее нравах. А если к тому же вспомним бутсы тех времен с набивными шипами, которые, словно скальпель, при контакте снимали кожу вместе с мясом, то это сравнение не будет выглядеть чрезмерно образным.

Листаем почти наугад подшивку одной из центральных спортивных газет: «В первом дивизионе играть не только сложно, но и опасно» — это заголовок. А после него — красноречивый текст преамбулы статьи: «Первый российский дивизион называют соревнованием не для слабонервных. Здесь тяжелейший график игр, которые приходится проводить в режиме через два дня на третий… Здесь одержать победу на выезде — почти подвиг, а судейские ошибки случаются почти в каждом туре. Здесь иногда просто опасно выходить на поле — травмы год от года становятся все тяжелее, и практически нет ни одной команды, которая бы не имела в списке травмированных хотя бы одного человека». Кто с футболом знаком, знает: так было всегда.