Читаем Газибо полностью

и ладно, ежели отвлеченная, чья-то,эдакого никуда не годящегося имярека,да, может быть, и в чинах,но служил-то, наверное, нерадиво, сражался не окрыленно,ранений, равно отличий, не приобрел, от дуэлей отлынивал,и невольно в таком варианте спрашивается,невольно, но деликатно, словно бы вскользь:а достойно ль,логично ли нечто подобное для кадрового офицера,кларо ке но, ке нунка,вот пусть и сопливит теперь за это в слюнявчик с кружавчиками,жалеть, а тем более соболезновать проку нету и в скором не ожидаем:скукожился и поделом

61

ну-с, а если как раз не чья-то, а вицэ вэрса,если едва ли не беспричинно исчезла,запропастилась младость сугубо личного пользования,она же — особого назначения,худо-бедно овеянная, что поется, глорией перипетий боевых плюс амурных,младость лихая да хваткая, смачная да неистовая,словом, конкретно ваша,то что же, спрашивается, тогда

62

а тогда получается крайне скверно,хоть плачь, хоть вскачь,и закусишь, закусишь ты удила свои, сивый уд,и при всем к себе искреннем респектансе,как только его же не уязвишь,удрученный

63

то есть, казалось бы, ну так что ж, если так,исчезай, истаивай, улетучивайся на все четыре и то, и се,свет ли клином, где наша не унывала,безо всего без этого, может, и проще, вольней,ан не тут-то, не больно-то,ибо куда ни кинь,то и се улетучивается лишь из поля внешнего созерцанья,однако же не из внутренннего, не из мемории,не из комка, извините за взвинченность, дряблых нервов

64

короче, кричите писаря и диктуйте пропало,по поводу то бишь участи неких нас, которые до поры очезримы,имея в виду, что означенные выше сути уходят в уютную ту юдоль только с тем,чтобы в некотором пониманьи остаться:остаться в наших сплетениях и паучить, и угрызать, щемить,корчить отчаянием бессрочно

65

так что, как видите, я вас слышу, вы не один,я тоже умею читать ветер грусти, милостивый голубарь,и касательно той мгновенно ушедшей, сгинувшей вдруг вдовыотчетливо все понимаю и смею думать, что ваша о ней элегия,если это, конечно, элегия,а это, конечно элегия, хоть и без рифм,а если все-таки не элегия, ничего, нет так нет,ибо всякое сочинение можно именовать просто вещью,и эта вот ваша вещь, эта, если удобней, штукаужасно будит,точней, будоражит во мне все былое,все фибры

66

Перейти на страницу:

Похожие книги

Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература