Читаем Гав и Рррр! полностью

— Хочешь расскажу все сначала? — глазки ее были прикрыты, голос был больше похож на кошачий, с такими же урчащими нотками и тягучий. — Ни драконы, ни люди не хотели объединяться. Помимо охраны Грани, мы воевали друг с другом, пока человек из рода Шайна не влюбился в драконицу. Наверно это жутко звучит, влюбился! Но так и было. Причем наша соплеменница ответила взаимностью и поделилась с ним кровью, когда он умирал. Именно поэтому в каждом поколении рождается такой вот понимающий нас маг. Им было сложно, ведь их любовь связала не только сердца, но и души. Как говорят люди, они были половинками, которые по прихоти создателей были помещены в разные расы. Первый всадник и его драконица. Нам пришлось пойти на союз, чтобы не лишиться золотой. Да она была именно из королевского рода, точнее вида. Только вот договор заключили только наши самцы, нас просто отодвинули в сторону как не нужных. И да тогда мы уживались мирно, были едины. Вот только у женщин нашего народа очень взрывной характер, мы не смирились и тоже обзавелись всадницами. И только потом вспомнили о потомстве. Ведь для того чтобы вырастить малыша мать должна стать беззащитной. Мы оттаем ему всю энергию, все силы, превращаясь в слабых, с мягкой и хрупкой чешуей ящериц. Тогда и был проведен эксперимент над сестрой первого всадника. Мы облучили ее своей магией, отдали ей ЗНАНИЕ, доверили своих детей. Тогда это казалось разумным выходом, тем более, мы думали это ненадолго. Вот только ЗНАНИЕ перешло по наследству, впитавшись в кровь людей. Мы больше не понимаем наших детей. Не воспринимаем их продолжением себя.

Потом всем в голову пришла идея поиска своих половин души. Нас тянуло к людям и раньше, но мы противились, огрызались и воевали. Однако и эта идея не принесла ничего хорошего. Мы и люди несовместимы, и любить без возможности получить ребенка, было сложно, но возможно. Вот только мы начали вымирать. Нас больше не тянуло к драконам, не появлялись маленькие пушистики, как ты их называешь хомячки. Пришлось отказаться и от возможности любить. Во всадники стали выбираться люди которые могут лишь подружиться с нами. Только и это не стало лучшей заменой. Если гибнет друг мы умираем вслед за ним, не потому что связаны какой-либо магией, не потому что он тянет нас за собой, нет. Мы умираем от тоски. Пусть души связаны не так сильно как у влюбленных, но разрыв, потеря этой связи бьет по нам очень сильно. Мы угасаем как прогоревший фитиль. Именно поэтому мы стараемся не привязываться к своим девушкам, кричим друг на друга, калечим, скандалим. Все лишь бы не привязаться. И…не помогает…

Подобных откровений я не ожидала. Было как-то не по себе от боли прозвучавшей в голосе драконицы. Мне не было их жаль, я им сочувствовала, это да, но не жалела. Они сильные, жалость им не нужна, она их обидит. С немного мрачными и грустными мыслями я уснула под боком у Донны.

Утро началось с дикой головной боли, тихого полного боли рыка рядом, и желания попить. В пасти образовалась пустыня Сахара, желудок обреченно прижался к позвоночнику и молил только о влаге, лапы дрожали и постоянно грозили уронить свою хозяйку мордой в усыпанный соломой пол. Глаза открылись только у выхода, о чем я пожалела, и начала медленно пятиться задом к загону Донны. На меня смотрели всадницы во главе с Мирой. Донна решившая выглянуть из загона услышав мой скулеж, быстро втянула голову обратно и забилась в угол. Ожидание разноса не заставило себя ждать. Только я подумала куда бы заныкаться от гневных очей Миры, как девушка начала орать.

— Гейя!!! Как ты могла? Я еще в прошлый раз тебя заподозрила, но решила, что кто-то из всадниц пошутил, но теперь я точно уверена, что это ты! Зачем? Ну скажи зачем было поить их? А непонятная нечисть в бане тоже твоих лап дело? Тебя совесть не мучает? Я из-за тебя столько ночей не спала, выслушивая жалобы, угрозы и истерики! А ты просто решила пошутить и поиграть?!

— Мира, замолкни! — рыкнула на нее Донна. Остальные драконицы согласно заворчали.

— А ты вообще молчи ящерица пьяная! — закричала Ларна, отчего у меня в голове зазвенели колокола. Прижав уши, я улеглась на пол и прикрыла глаза, пережидая взрыв боли.

— Не ори на меня, Ларна. Вы ничего не знаете, но смете обвинять не понятно в чем. Может для начала хотя бы узнали причину? Или считаете себя умнее всех? — и куда подевалась ее головная боль? Чего Донна раскричалась?

— Ну и какая же причина у вас была? Неужто из-за того крашеного куска мяса, которым нас пугала эта псина? — теперь я поняла куда убежала боль. Она просто испарилась под натиском гнева.