– Если дадите мне его телефон или адрес, получите еще денег, – сказала я, открывая портмоне.

Света пожевала нижнюю губу:

– А зачем вам его телефон?

– Скажите, этот Мыльников молодой? – проигнорировала я ее вопрос.

– Не, – ответила, не раздумывая, Света, – пожилой, сорок стукнуло!

В моей душе поднялась буря негодования. Видали? «Пожилой, сорок стукнуло!» Значит, мне уже пора, завернувшись в простынку, отползать на кладбище? Но тем не менее я продолжала:

– Он хорошо одевался?

Светка махнула рукой:

– Умора! Старый уже, а все под молоденького косил. Курточка до пупа, джинсы клешеные, в ухе серьга! Прямо курам на смех. Со спины парень хоть куда, а на лицо глянешь и обалдеешь! Чудак!

– Небось обувь носил модную, «казаки»… – протянула я.

Медсестра кивнула:

– Угадали. Да еще какие купил! Все в заклепках, носы длинные-предлинные. Я один раз не утерпела и говорю: «Как же вы, Федор Ильич, в такой обуви автомобилем управляете? У меня муж шофер, он ни за что такую «красоту» не нацепит!»

– И что же ответил Мыльников? – спросила я, ощущая себя фокстерьером, который сунул нос в нору лисы.

Сестра скорчила гримасу:

– Шлепнул меня пониже спины и рявкнул: «Вот за своим сокровищем и следи, а за мной не надо».

– Найдете его координаты?

– Можно попробовать, – задумалась Света, – наверное, в отделе кадров адрес сохранился. Да зачем вам?

– Поговорить надо с Федором.

Света и Слава переглянулись.

– Не сможет он с вами говорить, – сказала медсестра.

– Это уже не ваша печаль, – рассердилась я, – хотите деньги получить, достаньте его координаты. А нет, так сама найду.

– Телефон я сейчас принесу, – пообещала Света, – только он вам без надобности будет. Мыльников – холостяк, в его квартире небось другие живут.

– А сам он куда делся? – удивилась я.

– Умер, – спокойно ответила она.

– Когда?

– Год назад… Славка, ты когда оформился сюда на работу?

– Пятнадцатого января прошлого года, – мигом отрапортовал муж.

– Ну вот, значит, Федор помер числа восьмого, – подсчитала Света.

– Что же с ним случилось? – в полном отчаянии воскликнула я.

– Водки выпил, – пояснила медсестра.

– Купил, наверное, в ларьке бутылку, а она паленая, – подтвердил Слава, – наглотался и помер. Случается такое, вот поэтому я спиртное только в супермаркете беру.

– Молчи уж, – треснула его по затылку Света, – нашелся выпивоха! И думать о водке не смей!

– Да я чего, я ничего, – забубнил Слава, прочно сидевший у бойкой женушки под каблуком.

Я слушала их перебранку, ощущая полную опустошенность. Все, тупик, приехали. Второго мужика, пассажира в черной кожаной куртке и синих джинсах, мне никогда не найти. Под эти приметы подходит половина населения Москвы. Мрачно вздохнув, я повернулась к двери.

– Эй, погодите-ка, – окликнула меня Света, – если еще заплатите, расскажу кое-что интересное!

Глава 19

– Что именно? – осторожно спросила я. – Что может быть интересного, если Мыльников умер? Адрес на кладбище, где похоронен несчастный, мне не нужен!

– Деньги вперед, – не дрогнула медсестра.

– А если ваши сведения мне не понадобятся?

– Кто не рискует, тот не пьет шампанского, – ухмыльнулась Света, – я телефончик один знаю!

Недотепистый Слава смотрел на жену, разинув рот. Да уж, с такой оборотистой половиной парень может не беспокоиться об обеспеченной старости. Похоже, Светочка способна заработать в любой ситуации.

Пришлось вновь доставать кошелек. Медсестра любовно приняла купюру и заявила:

– Не одна вы Федькой интересуетесь! Приходил сюда еще кое-кто, расспрашивал о нем.

– И кто же?

Света поправила завитые кудряшки.

– Девчонка, мелкая такая, на крысу похожая. Дала мне сто рублей, сказала, больше нет. Впрочем, наверное, и впрямь бедная, одета была хуже некуда. На дворе январь, мороз, а она в ботиночках легких и в куртешке до жопы. Прямо вся синяя ввалилась.

– Когда же она приходила?

– Федька откинулся в начале января, – вспоминала Света, – Славик оформился пятнадцатого, а девчонка заявилась сразу после того, как мужа на работу взяли. Плакала очень, убивалась прямо, просила «Волгу» осмотреть, якобы там вещи остались Федины.

– А вы что?

Света презрительно пожала плечами:

– Так ведь она не жена, шалава просто. Жила вместе с Мыльниковым, только у Федора таких, с позволения сказать, супружниц на каждом углу по пять штук стояло.

– Это точно, – кивнул Слава, – все говорят, большой ходок Федька был!

– Уж она тут ревела, – с энтузиазмом вещала Света, – мне прямо смешно стало! Чего убиваться!

– Вы ей так и не разрешили в машину заглянуть?

– Пожалел ее Славик, – прищурилась Света, – добрый он у меня слишком, отвел в гараж.

Я с сомнением посмотрела на глупого парня. Ох, думается, путь к доброму сердцу Славы открыла сторублевая купюра, которую жадная Света не постеснялась взять у бедной девицы.

– И зачем она к машине ходила?

– Сказала, хочет на память о Федьке чего-нибудь взять, – пояснил Слава.

– Что же конкретно?

– Блокнотик прихватила, – объяснила Света, – ерундовый совсем, никакой в нем пользы, Федор туда адреса записывал, ну, куда ехать велят. Память у него плохая была.

– Вы, конечно, не знаете, как зовут гражданскую жену Мыльникова…