Читаем Галактика мозга полностью

Леонтьев уже спустился на первый этаж и продвигался к лаборатории. Там толпились взволнованные сотрудники. Директор рванулся к двери, но путь ему перегородил инженер Егор Смирнов.

— Туда нельзя.

— Что?

— Шувалов просил не мешать. Я вас не пушу.

— Смирнов, ты понимаешь, что говоришь? Я директор, а там посторонний человек, который творит безобразие.

— Там ученый. И он спасает маленького человека.

— Спасает! Да, как же! Один раз он уже спас. Еле отмылись. От Шувалова одни неприятности! Без него мы только-только восстановили авторитет института. Ваш авторитет! — Леонтьев уже обращался ко всем собравшимся.

— Вы имеете в виду громкие успехи с генералом и фигуристкой? — спросил один из сотрудников.

— Да! Это действительно были успехи. Разве не так? Что вы отводите глаза?

Валентина Федоровна вытянулась и что-то прошептала на ухо Леонтьеву. Директор дернулся и недоуменно уставился на нее.

— Как Шувалов?.. Операциями руководил Вербицкий!

— Он действовал по инструкции Шувалова.

— Это точно? — растерянно спросил Леонтьев.

Несколько человек утвердительно кивнули.

— За моей спиной… И никто не сказал… — сокрушался Леонтьев. — А я Вербицкому пробил докторскую степень.

— Главное, что мы людям помогли, — успокаивала расстроившегося начальника Валентина Федоровна.

Директор заметил постороннего человека в медицинском халате.

— Вы врач скорой? В каком состоянии был мальчик?

— В безнадежном. Точнее, он скончался. И я не понимаю, зачем мы примчались сюда? Что здесь творится?

— Зато я теперь всё понимаю. — Леонтьев хотел сказать что-то еще, но его толстые руки безвольно опустились, глаза грустно смотрели в пол. — Продолжайте, — сухо произнес он и двинулся по коридору.

Сотрудники расступились перед грузной поникшей фигурой директора института.

Леонтьев вспомнил радость японца, обретшего руки, и благодарные слова растроганной фигуристки. Он не знал, что творилось за закрытой дверью Семерки. Но он прекрасно понимал, что единственный человек, который может совершить чудо в такой ситуации — это Антон Шувалов. И маленький мальчик, который уже перешел черту жизни, должен иметь право на чудо.

— Директора ко мне! Леонтьева! — непререкаемым начальственным голосом потребовал Гриценко, едва переступив порог Института нейронауки.

Охранник узнал министра, нажал кнопку открытия турникета и схватился за телефонную трубку. Вслед за директором через турникет проскользнула и Ольга Шувалова.

Расторопная Валентина Федоровна встретила министра на верхнем этаже при выходе из лифта.

— Добрый день, Владимир Матвеевич.

— Ужасный день. — Министр размашисто шагал по коридору. — Леонтьев у себя?

— Юрий Михайлович всегда рад вас видеть.

— Я сейчас его так обрадую. — Гриценко прошел через открытую приемную и рванул на себя дверь директорского кабинета. — Ты, почему до сих пор мне не позвонил?

— Здравствуйте. — Леонтьев приподнялся. — Я звонил. Про оборудование.

— Какое еще оборудование?! — рубанул рукой министр. — В твой институт приехала реанимация. Где она?

— Врач внизу. Я его видел, но…

— А где мальчик, который был в машине?

— Мальчик… Да-да, мальчик. Зачем он вам?

— Как это зачем? Ты, Юра, рехнулся?! Он мой внук, Вова Гриценко!

— Внук? — пролепетал Леонтьев и безвольно опустился в кресло.

— Вову увезли на скорой после пожара, и я не понимаю, почему он оказался здесь, а не в больнице? Он в твоей клинике?

В кабинете повисла тяжелая пауза.

— Ты, почему молчишь? — не выдержал министр. — Где Вова?

В открытую дверь кабинета шагнула Ольга Шувалова и торопливо спросила:

— С мальчиком был Шувалов?

— Да. Он и сейчас с ним, — ответила первой Валентина Федоровна.

Гриценко недоуменно таращился на присутствующих.

— Что происходит? Какой Шувалов? Тот самый?!

— Присядьте, Владимир Матвеевич, — взяла на себя инициативу Рашникова. — Сейчас мы во всем разберемся.

— Да не буду я здесь сидеть!

— Присядьте. — Валентина Федоровна, проявив настойчивость, усадила Гриценко в кресло. — Я приглашу врача скорой. Он вам всё объяснит.

Весть о том, что Шувалов экспериментирует над внуком министра, быстро разнеслась по коридорам института. Толпа перед лабораторией № 7 мгновенно поредела, каждый вспомнил о неотложных делах, и вскоре перед дверью дежурил только нервно озирающийся инженер Смирнов. Он не решался уходить, помня об обещании Елене Репиной, которая ему очень нравилась.

Врач «скорой», приглашенный в директорский кабинет, закончил сбивчивый рассказ и беспомощно развел руки.

— Мальчик задохнулся в дыму. От меня уже ничего не зависело.

— Я хочу его видеть. — Гриценко с серым лицом тяжело поднялся из кресла.

— Подождите! Сейчас не время, — попыталась успокоить министра Валентина Федоровна. — Давайте дадим возможность Шувалову закончить эксперимент.

— Я хочу видеть своего внука.

— Владимир Матвеевич, Шувалову уже многое удавалось, — поддержал ассистентку Леонтьев. — Помните генерала Павлова? А фигуристку? Это по его методике нам удалось вернуть их к полноценной жизни.