Читаем Галактический враг полностью

Спустившись по крутому склону горы с того выступа, на который Икс-Джей посадил корабль, на другой, они оказались на залитой солнцем площадке, защищенной от снега и ветра гигантскими валунами. При виде Олефского (и, несомненно, почуяв его запах) ожидавшие его странного вида животные подняли головы и залаяли, закричали на разные лады, отчего начались вокруг снежные обвалы. Они были выше обоих братьев Олефских, даже если бы они встали друг другу на плечи, шире в груди, чем сам Медведь. Длинная черная шерсть, жесткая на вид, но очень мягкая на ощупь, спадала блестящими волнами до самой земли. У них были рога и очень умные глаза. Они напоминали Дайену гигантских козлов.

Олефские забрались верхом на эти существа – Медведь называл их «гронами», – ухватившись за длинную шерсть и буквально карабкаясь по спине этих терпеливых и, похоже, толстокожих животных. Таск и Нола залезли на них следом, каждый сел позади одного из братьев Олефских. Медведь настоял, чтобы Дайен ехал с ним.

– Вы объясните мне в пути, – сказал Медведь, – что происходит.

Гроны начали спуск с ловкостью, которую трудно было угадать в неуклюжих на вид животных. Нола, уткнув нос и рот в кашне, чтобы спастись от холодного ветра, но главное – от запаха животных, прижалась к юному Олефскому, сидевшему впереди нее, и закрыла глаза, боясь увидеть отвесные обрывы меж остроконечных скал каньонов.

Таск, подпрыгивая на спине грона, мрачно думал о том, во что превратится его зад после нескольких километров такой дороги, и жалел, что забыл захватить с собой бутылку спиртного.

– Нам далеко? – спросил он Олефского.

Юноша повернулся, улыбнулся и кивнул головой.

Таск снова вздохнул, снял перчатки, включил переводчик.

– Сколько?

Юный Олефский бесстрашно перегнулся через шею грона и показал вниз. Таск осторожно посмотрел туда, где обрывался выступ, – внизу виднелись верхушки елей У подножия гор раскинулась долина с голубым, сияющим на солнце озером. У подножия одной горы стоял замок, смахивающий с этой высоты на игрушечный.

– Так далеко? – простонал Таск и поудобнее уселся на широкую, но неровную спину грона и поплотнее застегнул куртку. – Мы когда туда доберемся – в следующем месяце?

Олефскому это показалось очень смешным, и он разразился хохотом, отчего со склонов покатились валуны.

Парень залез внутрь куртки – может, это вовсе и не куртка была, а его густая борода? – Таск не разобрал, и выудил оттуда бутылку, которую предложил наемнику.

– Попробуйте!

Таск просиял, схватил бутылку, отвинтил крышку и понюхал.

– Что это?

Ответ, последовавший в изложении переводчика, звучал приблизительно так: «Чтобы ноги не отмерзли».

– Что ж, была не была. – Таск сделал глоток и тут же понял, что ему предложили. Обжигающая жидкость пробежала по телу, ударила в голову, пронзила пальцы ног.

Таск устроился поудобнее в обнимку с бутылкой: в такой компании дорога веселей.

* * *

Медведь и Дайен ехали на небольшом расстоянии от них. Медведь попросил юношу рассказать о последних событиях, но тот поначалу молчал. Он никогда не был в таких краях, никогда не дышал таким чистым воздухом, сладким от запаха хвои. Величие дикой красоты возвышающихся гор ошеломило его. Он смотрел вверх на вершины, взметнувшиеся высоко в небо, белые на фоне ослепительно голубого, и вдруг понял, что, верно, такие же чувства испытываешь, находясь у трона Господня.

– А теперь, – усевшись поудобнее на гроне, произнес Медведь, – выкладывайте, что там происходит.

Дайен оторвал свой восхищенный взор от неба и приступил к рассказу.

Медведь слушал внимательно, не перебивая, не задавая вопросов. Но, когда временами он глядел через плечо на Дайена, его скуластое, веселое лицо выражало мрачную торжественность. Дайен закончил. Медведь вздохнул, вздох его походил на порыв ветра, потом он подергал в задумчивости бороду.

– Я должен был остановить Мейгри. Отговорить ее, – сказал Дайен.

– Эх, парень, ты скорее бы уговорил эту речку поменять русло или солнце сегодня погаснуть. Может, ты и король и владеешь магией Королевской крови, но ты – смертен, и есть силы, перед которыми ты беспомощен.

Медведь снова глянул через плечо: цепкий взгляд его сверкнул сквозь заросли волос.

Дайен вспомнил обряд инициации и почти те самые слова Мейгри, которые она тогда сказала ему. Он ничего не ответил, он ехал молча, думая о своем и наблюдая, как на вершины гор набегают снежные облака. Несколько снежинок, искрящихся, ослепительно белых в лучах прячущегося солнца, пролетели мимо него и сели на доху Медведя.

– Она бы все равно полетела к нему, что бы ты ни делал и ни говорил, парень. В глубине души ты и сам это понимаешь, так что не терзай себя.

– Может быть, – сказал с сомнением Дайен. – Но почему? Не понимаю.

– Не понимаешь, парнишка? – Медведь приподнялся, повернулся и внимательно посмотрел на Дайена. Наконец он покачал головой, снова повернулся к грону. – Зеленый еще.

Слова с трудом пробились к Дайену сквозь снежную пелену.

Дайен прикусил губу, схватился за шерсть грона, впился в кожу ногтями. Грон фыркнул, покосился, чтобы понять, что произошло.