В этой книге сделана попытка рассказать о жизни и деятельности Жозефа Фуше — личности загадочной и мрачной, сыгравшей одну из главных ролей в эпоху Революции. «Друг» Робеспьера и активнейший участник переворота 9 термидора, покончившего с Неподкупным, «якобинец», закрывший Якобинский клуб и сотнями высылавший монтаньяров в Кайенну[2], обрекая их на верную смерть; герцог Империи, дважды ей изменивший; министр христианнейшего короля Людовика XVIII, громивший тайные роялистские общества и отправлявший под расстрел сторонников древней династии… «Благодаря могуществу интриги и своему цинизму, — писал о Фуше Луи-Жером Гойе. — он втерся в доверие всех правительств, которые пользовались его услугами и которые в одинаковой степени имели основание сожалеть об этом»^{9}.

«Его имморализм, его возведенная в принцип беспринципность, презрение к людям, беспощадность, — писал об этом примечательном человеке известный историк, — все это страшное соединение в одном лице всех пороков делало «мрачный талант» Фуше по-своему тоже значительным»^{10}.

«Послужной список» Фуше велик, но удивляет не этот, сам по себе бесспорный факт, а то потрясающее умение удержаться «на плаву», удержаться любой ценой, которое в высшей степени было присуще Жозефу Фуше. «У Фуше благодеяние, — по словам одного его современника, — было всегда не иное что, как средство вредить своему благодетелю… этот коварный человек никогда не управлял министерством иначе, как только в свою пользу, не заботясь о выгодах правительства, имевшего слабость доверять ему власть, всегда в руках его опасную. Фуше имел мнения, но никогда не имел партии, и если объясняются чем-нибудь его политические удачи, так это одним умением служить стороне, которая по расчетам должна взять верх, — с гем однако же, чтоб напоследок ее также низвергнуть… можно сказать, одна только идея была в нем неизменна… это потребность беспрестанной изменчивости…»^{11}.

Всех предав, всем изменив, десятки раз «сменив» политические ориентиры, министр полиции Директории, Консульства, Империи, реставрированной легитимной монархии, Фуше стал заметной политической величиной, значение которой, быть может, не оценено по достоинству до сих пор. Сказанное, разумеется, не означает, что историки и писатели, подвизавшиеся на ниве исторической беллетристики, обошли вниманием колоритную фигуру Жозефа Фуше. Напротив, возможно, ни о каком другом политическом деятеле революционной и наполеоновской Франции не писали так много, как о Фуше. «Публиковать книгу, посвященную Фуше после Серийе, графа де Мартеля, Луи Мадлена, Ламброзо, Нильса Форселла, Стефана Цвейга, Жоржа Рэна и Жана Савана, — справедливо заметил Анри Бюиссон, — значит «подвергнуться ужасной опасности»^{12}. И все же рискнуть стоит.

Замечательный австрийский романист Стефан Цвейг, одним из первых заинтересовавшийся личностью Жозефа Фуше, писал в предисловии к биографии знаменитого сыщика: «Если в самом деле… политика стала la fatalité moderne, современным роком, то мы в целях самообороны попытаемся разглядеть за этой силой людей и тем самым — понять опасную тайну их могущества»^{13}.

Попытаемся сделать это и мы.

Глава I

«ХЛЕБ РАВЕНСТВА»

Обыкновенно наименее известным периодом в жизни крупных исторических деятелей являются их детские и юношеские годы. С точки зрения здравого смысла это вполне оправдано. И в самом деле, кого, к примеру, мог заинтересовать в начале 80-х годов XVIII века корсиканский мальчишка из городка Аяччо по имени Наполеон? Мог ли кто-либо разглядеть в одном из отпрысков многочисленного семейства захудалого адвоката Карло ди Буонапарте великого полководца, первого консула Французской республики и императора французов? Разве пришла бы тогда кому бы то ни было в голову мысль о том, что в доме трактирщика из Бастид-Фортуниера воспитывается будущий маршал Франции и король Обеих Сицилии Иоахим Мюрат? Нет, конечно.

Этим людям предстояло пройти обычный жизненный путь, суливший одному, в лучшем случае, чин отставного майора, другому — сан не обремененного особыми доходами провинциального кюре. Заурядность грядущего была для них столь очевидна, что почти никто не озаботился присмотреться к ним повнимательнее, отметить какие-то любопытные факты, относящиеся к этому периоду их жизни. Подобным же образом обстояло дело и с Жозефом Фуше. Сведения о ранних годах жизни Фуше чрезвычайно отрывочны и туманны. Даже год его рождения не может быть назван с точностью. Возможно, он родился весной 1759 г., хотя столь же вероятно, что это произошло осенью 1754 или 1763 г.^{14}

Жозеф Фуше был уроженцем города Нанта, крупного торгового и промышленного центра на западе Франции. «Нантский порт, — гласит Большой Лярусс, — …является четвертым по морской навигации и товарообороту портом Франции и третьим — по таможенным сборам»^{15}.