Читаем Фурье полностью

Ученые смогут объединиться — это пророчество Фурье особо актуально в наши дни — в уничтожении вредных и развитии полезных видов животных и некоторых растений, а также в необыкновенно сложном процессе восстановления климата. Фурье уверен, что у гармонийцев учредится единая денежная система, одна мера весов, а одним из первых мероприятий гармонийцев будет созыв конгресса грамматиков; они составят единый язык для народов мира, система которого будет построена по аналогии с… криками животных. Эти меры по уничтожению наций будут проведены в течение века.

Не менее важную роль в уничтожении наций сыграет проведение общественных работ, которые уничтожат обособленность каждой из них. Различные национальности отныне не будут, как «цивилизованные», жить в постоянной вражде, готовые, по его словам, подобно диким зверям, разорвать друг друга. Каждый народ будет готов в любую минуту прийти на помощь другому. И в то же время Фурье единство человечества представлял как расцвет и самобытность каждой нации[20].


Ярый противник равенства, Фурье по-своему объясняет возможность успеха создания фаланг. Он проводит аналогию: если равенства нет в природе, то его не должно быть и в обществе. Фаланга должна быть основана только на принципе неравенства. В различных главах своей книги Фурье несколько раз возвращается к проблеме природного неравенства человека. Он делит детей на опрятных и тех, которые любят нечистоты, а классифицируя человеческие страсти, говорит о разнообразии темпераментов. Поэтому, естественно, люди в фаланге окажутся и разного возраста, и различных характеров, и темпераментов, и состояний. Организаторам фаланг нужно это разнообразие довести до возможного максимума, ибо, чем больше будет различий в страстях и способностях объединений людей, тем легче и скорее можно будет привести ассоциацию к общей гармонии.

«Неравенство — вот то основание, которое должно положить конец всем философским химерам. Достаточно допустить хотя бы тень равенства в материальных условиях членов фаланги, чтобы нарушилась взаимная доброжелательность… Необходимо составлять фалангу из лиц, сильно разнящихся во всех отношениях, в том числе и материальном».

Та фаланга достигнет наиболее совершенной Гармонии, в которой неравенство капиталов окажется всего сильнее. От искусства соединять гармонийцев в группы зависит весь уклад жизни в фаланстере. Из неравенства и разнообразия вытекают обязательные интриги и соперничество. Вот где будет великолепная игра страстей!

Кто же войдет в состав фаланги? Все желающие на добровольных началах. И бедные, и богатые. Фабрикант вступит в фалангу, рассчитав, что там его доход немедленно умножится, а увидев, что труд в сериях — это наслаждение, обязательно захочет поработать в какой-либо группе.

Работая в сериях бок о бок, богатые и бедные будут относиться друг к другу с доверием. Втянувшись в дела 30 рабочих серий, богатый в конце концов начнет любить бедных фаланги. Враждебность, возникающая на почве имущественного и социального неравенства, исчезнет. Вот тогда-то и наступит время, когда богатые станут отказываться от части дохода в пользу фаланги, чем завоюют благодарность бедняков. «Благодаря блещущей великолепием обстановке труда и согласия между социетариями» богатые превратятся в трудящихся.

Для убедительности Фурье приводит пример, как богатый гармониец Мандор (он, допустим, любит разводить семена красной капусты), увидев в фаланге группу людей, занимающихся его любимым делом, заинтересовался их методом и в конце концов примкнул к серии семеноводов. Он увлеченно работает вместе с этой группой, а назавтра во время утреннего парада к нему направляется детский духовой оркестр, глашатайка за вклад в общее дело возводит его в звание «бакалавра по красной капусте». Весталка преподносит ему букет цветов. После этих церемоний растроганный Мандор, конечно, не уйдет ив группы.

Чтобы не отпугнуть сильных мира сего от вступления в фалангу, Фурье составляет для богатых отдельный режим, при котором им будут предоставлены более легкие виды работ. Они смогут заниматься охотой и рыболовством, уходом за птицей и цветами, библиотечным делом.

Одной из мер сближения извечно враждующих классов будет введение, одинакового воспитания, а создание детских дружин явится главным средством сближения классов. Богатые и бедные не будут презирать друг друга, так как самые тяжелые и отталкивающие виды работ великодушно возьмут на себя именно детские дружины. Общество «цивилизованных» с его пороками создало целый институт прислуги и наемных работников, которые зачастую находятся в безысходном положении.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное