Читаем Фронтовое милосердие полностью

Потери 7-й гвардейской армии за февраль не были большими. Если учесть, что они за февраль составили 6667, а с 10 по 28 февраля — 6660 человек, то не будет большим преувеличением сказать, что потери в основном приходились на период боев за удержание плацдарма, а именно на 17–24 февраля. Следовательно, 7 дивизий, находившихся на западном берегу реки Грон, в среднем теряли за сутки ранеными, контужеными и больными более 830 человек, а на дивизию приходилось около 120 человек. Это сравнительно немного. Но среднесуточные потери 72-й гвардейской стрелковой в этот период были значительно выше, в особенности если учесть малочисленность личного состава соединения и оборонительный характер боев, когда на первое место выдвигалась одна из главных задач — не оставить ни одного тяжелораненого на поле боя. А ведь пропавшие без вести — это, как правило, солдаты и офицеры, попавшие в плен, а также тяжелораненые, оставшиеся на поле боя.

Медицинская служба 7-й гвардейской армии имела 10 ХППГ, 3 ГЛР, 2 ИППГ, 1 ЭГ, 2 ЭП и роту медицинского усиления. Все они располагались на восточном берегу Грона. В этих медицинских учреждениях было 6700 коек. На 15 февраля, то есть за два дня до наступления немцев, было занято 3419 коек. Начмедарм полковник медицинской службы А. Н. Григорьев правильно поступил, направив на плацдарм оперативную группу и придав ей в оперативное подчинение 49 санитарных машин, которые выделялись отдельным ПМП стрелковых полков. Медицинской службой армии все делалось для того, чтобы не оставлять раненых на поле боя. Пропавших без вести за февраль в 7-й гвардейской армии было 2127 человек. Они в основной своей массе были из 72-й гвардейской стрелковой и 6-й гвардейской воздушно-десантной дивизий, а также частью — 81-й гвардейской стрелковой. По позиции, занимавшейся 72-й гвардейской, быстрыми темпами прошла армада танков и штурмовых орудий, а также пехота на бронетранспортерах двух дивизий 1-го танкового корпуса 6-й танковой армии СС. В этих условиях физически невозможно было эвакуировать с поля боя всех без исключения пострадавших, как и избежать пленения части солдат и офицеров.

Через реку Грон было четыре переправы, которые подвергались интенсивному артобстрелу и авиационным бомбардировкам. Непрерывно велись работы по их восстановлению. Когда противник блокировал дороги к переправам, эвакуацию раненых пришлось вести обходными маршрутами. Раненых переносили через реку на носилках и плащ-палатках, на восточном берегу погружали в санитарные машины или на повозки и эвакуировали в медсанбаты или в госпитали армии.

Некоторые медсанбаты выполняли функции армейских медицинских учреждений. К числу их принадлежал медсанбат 375-й гвардейской стрелковой. Он принимал раненых и больных из Других дивизий и частей армейского подчинения. 346 человек поступили в «чужой» для них медсанбат 409-й стрелковой. В боевой обстановке, когда нарастала угроза окружения ПМП и ДМП, последние, чтобы не оставлять раненых врагу, погружали их в имевшийся у них транспорт, оставляя медицинское и санитарно-хозяйственное имущество.

К тому, что уже было сказано об особенностях медицинского обеспечения боевых действий войск на гронском плацдарме, нужно добавить, что абсолютное большинство медсанбатов сводило медицинскую, в том числе и хирургическую, помощь к мероприятиям, обеспечивающим эвакуацию раненых и больных на восточный берег Грона. Медицинская служба 7-й гвардейской армии не ощущала недостатка в силах и средствах. Однако медсанбаты не могли оперировать раненых, срочно и безотлагательно нуждавшихся в этом. Как далеки от жизни слова В. А. Оппеля об этапном лечении: «Раненый получает медицинскую помощь тогда, когда он в ней нуждается, раненый эвакуируется тогда, когда позволяет его состояние здоровья». Об этом необходимо сказать еще и еще раз не затем, чтобы на светлую память ученого и редкостного по таланту педагога бросить тень. Нет и еще раз нет. А для того, чтобы врач вообще и военный врач в особенности прониклись мыслью, что не только патогенез ранений и заболеваний у солдат и офицеров действующей армии имеет свою специфику, которая неизбежно вносит коррективы в лечебные мероприятия, но и что в их объем и методы, а также в эвакуацию раненых и больных с неумолимой логикой включается боевая обстановка. Это диктует необходимость в каждом конкретном случае тщательно учитывать боевую обстановку с тем, чтобы смягчить ее неблагоприятное влияние на лечение и эвакуацию раненых и больных.

* * *

Теперь нужно сказать о медицинском обеспечении оборонительных боев войск 3-го Украинского фронта в Балатонской операции. В ходе ее 26-я армия оставила на западном берегу Дуная только 4 ХППГ и 1 ЭП. Все остальные госпитали были передислоцированы на восточный берег.