Читаем Фронтовое братство полностью

Обер-лейтенант поспешил отойти. «Нацист или осел, — подумал он. — Возможно, то и другое». Подошел к двум лейтенантам-пехотинцам, и вскоре один из них скрылся в поезде метро.

— Скоро будем ездить на фронт на метро, — проворчал пожилой штабс-ефрейтор. И плюнул на плакат с хвастливой надписью: «Rader rollen fur den Sieg»[168].

Фельдфебель-артиллерист предостерегающе свистнул:

— Осторожно, враг подслушивает.

Блеснули каски. По платформе неторопливо шли трое охотников за головами. Из-под блестящих касок смотрели подозрительные, злобные глаза.

С грохотом подошел отходящий на фронт поезд. Завизжав колесами, остановился.

Солдаты хлынули в вагоны. Крики и вопли. Брань и стоны.

— Zurucktreten. Zug farht ab![169]

Поезд медленно шел по Берлину. Миновал мост через Шпрее. Показалась Александерплатц с полицай-президиумом, где в камерах дожидались жестоких приговоров сотни людей.

На вокзале Шлезишер была сумасшедшая давка. В поезд село всего несколько человек. Очередь к кабинету начальника станции все удлинялась. Кое у кого хватило смелости назначить встречу с родственниками прямо за полицейским кордоном.

Протяжный гудок. Из громкоговорителей понеслись предостережения.

Поезд пошел дальше. На восток.

Все купе были заполнены увозимыми на бойню людьми.

У них еще были в крови впечатления нескольких чудесных недель. Но теперь их ждало совсем другое. Ураганный огонь. Танковые атаки. Рукопашный бой. Кровь. Грязь. Увечья. Смерть. Слова, слова, слова, но в них содержался невообразимый ужас!

Лейтенант Ольсен сидел в углу. Он с головой закутался в шинель. Пытался заснуть, но другие играли в карты, пили и рассказывали непристойные истории.

Лейтенант Ольсен плакал. Беззвучно. Плакал по утраченному сыну. По тому, что остался совсем один.

Нет! Он не совсем один. У него там есть команда, его команда.

Мысленным взором Ольсен увидел их всех. Надежного Старика. Невысокого Легионера. Йозефа Порту. Здоровенного, глупого Малыша. И всех остальных.

Пока поезд шел по Германии, русские завершили сосредоточение своих войск. И были готовы к такому мощному наступлению, какого мир еще не видел.

Порта, Малыш и русский пехотинец играли в кости, сидя в глубокой воронке. Автоматы они бросили в дальний угол. Все трое остались на ничейной земле после патрулирования. Малыш уже проиграл русскому бутылку водки, когда фронт ожил, и, к досаде компаньонов, игра прервалась.

Двести шестьдесят три пехотные дивизии и восемьдесят пять танковых двинулись на запад.