Читаем Фризания полностью

Эти маги являются универсалами, потому что каждый из них в разных командировках в течение своей долгой жизни многократно «влезает в шкуры» всевозможных обитателей Мира, принимая иногда невероятные обличья. Во время командировок «агенты» собирают и передают информацию о местах пребывания и происходящих событиях в специальный центр в Университете, где она анализируется для выработки решений в интересах как Фризании, так и всего Мира. Их принимает специальный Совет во главе с Бейтом. Существует правило, согласно которому магам, работающим за рубежом, запрещено самостоятельно вмешиваться в жизнь государств и обществ, где они находятся.

Эта постоянно действующая эффективная система охраны и защиты мирной жизни предотвратила немало локальных войн. Алеф выполнил намеченный план и удалился на покой и заслуженный отдых, передав дела своему лучшему ученику - магу и профессору Бейту.

** *

В тот год, когда произошла эта история, в приграничных западных районах страны неожиданно начали происходить настораживающие и опасные случаи: исчезали люди, отравлялась вода в родниках, озерах и реках, пропадали и находили мертвыми домашних и диких животных, уничтожались целые посевы, участились стихийные бедствия: ураганы и смерчи.

Охранная система ротации своевременно обнаружила угрозу, и разведка донесла: в Срединном мире в Западных горах Фризании появилось Зло - неизвестные Тёмные силы. Они быстро набирали мощь, становились агрессивнее, наглее и злее, и наносили всё больше вреда пограничным и окраинным районам Фризании.

Совет во главе с Бейтом проанализировал ситуацию и вынес заключение: в Срединный мир вернулся Хаос с целью уничтожить Фризанию. Другие территории Срединного мира его не интересовали, и он их не трогал.

Пока не трогал.

Ректор Бейт

Профессор Бейт возглавлял Университет в течение последних двухсот лет.

Худой и высокий, с прямой осанкой, лёгкой и быстрой походкой, а если вверх по лестнице — то всегда через две ступеньки, в своих движениях он был похож на юношу. Бейт никогда не болел, любил пошутить и посмеяться. Только длинная светло-рыжая густая с лёгкой проседью борода и такие же волосы указывали на его возраст. Впрочем, и здесь можно было запросто ошибиться: недавно профессору исполнилось 600 лет, и он находился в самом расцвете всех своих сил – творческих, магических и физических. Продолжительность жизни магов, если они преждевременно не погибают в войнах с другими магами или с Тёмными силами, может длиться 1500 лет и больше.

При общении с Бейтом сразу привлекали внимание его удивительные глаза – они могли менять цвет: когда профессор сердился или гневался — становились тёмно-фиолетовыми, почти чёрными, когда бывал задумчив или размышлял над какой-нибудь серьёзной проблемой, спокойно и внимательно слушал собеседника или разговаривал с ним – коричневыми, серыми, либо зелёными, в зависимости от серьезности вопроса, а когда шутил и смеялся - становились синими или ярко-голубыми. Впрочем, фиолетовый или чёрный взгляд профессора видели лишь единицы собеседников - это случалось крайне редко.

Ректор не имел специализации в магических науках, что редко встречается в среде магов – он умел практически всё и был профессором магических наук Общего направления. Уже при жизни Бейт, пройдя через систему ротации Алефа, считался выдающимся волшебником, а в будущем вполне мог стать таким же великим, как его учитель Алеф.

Одевался он просто, как обычный университетский профессор: в мантию и шапочку; правда, профессорская одежда расцвечивалась примечательно и всегда по-разному, в зависимости от настроения. Если Бейт находился «не в духе», то мантия, по его желанию, принимала тёмно-серый, темно-синий или темно-фиолетовый цвета. Если он пребывал в веселом и хорошем настроении, становилась желтой, оранжевой, голубой или даже разноцветной! Ну а если профессор задумывался или размышлял над серьёзной проблемой, то мантия приобретала красный, зелёный или коричневый оттенки. Белую либо чёрную мантии Ректор надевал в особых и торжественных случаях, – на большие праздники, ежегодный выпускной вечер в Университете, либо на приём официальной делегации.

Студенты знали об этих особенностях «разноцветного» характера своего учителя и старались учитывать его настроение на лекциях и семинарах, а особенно – на зачётах и экзаменах. Бейт, как правило, не «замечал» списывание со шпаргалок. Он прощал эти «огрехи и оплошности». Но, естественно, всегда всё видел и поэтому просто беседовал с молодым человеком. Оценка ставилась по результатам таких собеседований.

Профессор никогда не раздражался, не кричал ни на студентов, ни на сотрудников Университета, и никто не видел, чтобы он хоть раз вышел из себя. Только цвет глаз и мантии с шапочкой могли выдать его состояние.

Корректный, спокойный и слегка насмешливый Ректор Бейт, никогда не боявшийся подшутить и над собой, являлся визитной карточной Университета.