Читаем Френдзона для неё полностью

Поднявшись в третий раз, радостно отметил, что Каро не изменяет себе. Окинул взглядом оставшиеся четыре коробки и вешала с чехлами для одежды, подхватил сразу три ящика и вышел в коридор.

Из гостиной доносились звуки музыки, хорошенько чертыхнулся, — не успел… беззвучно проскочил к лифту и вернулся за одеждой.

— Выпьешь со мной? — Каро стояла закрывая собой выход, в правой руке держа фужер с шампанским. На ней была накинута мужская рубашка на голое тело, которая облепила женскую фигурку, пристав к влажной коже, не оставляла полета для фантазии. Невольно очертил взглядом изгибы проглядывающие сквозь ткань.

— Ты уверена, что рубашка моя? — он потеснил девушку плечом, вышел в подъезд и сбросил чехлы с одеждой на коробки.

Каро несмело рассмеялась:

— Не будь букой, сегодня праздник. Я одна, и ты…мы можем помочь скрасить друг другу вечер, — не стесняясь своего вида вышла на площадку, потянула за борт куртки на себя и шепотом добавила. — Не отказывайся. Я знаю как ты любишь, — сделала небольшой шаг, — тебе понравится, — бездействие Киселева приняла за согласие, обвила руками за шею и практически поцеловала. Мужчина успел увернуться, губы мазнули по щеке. Вытер тыльной стороной ладони место поцелуя и отстранился.

— Не унижайся еще больше.

Фраза была сравнима с ударом плетью. Девушка швырнула фужер о пол:

— Ты- козел, Киселев. Я тебя сотру. Вот был человек, а завтра его уже нет. Так бывает, поверь! — она ткнула пальчиком в грудь. Каждое слово сочилось ядом. — Ты потеряешь все!!! Твоя жизнь будет ничтожна. Смирнов сделает, как просит отец! — с нажимом выделила последнюю фразу. — У тебя ничего и никого не останется. Без положения в обществе и денег, ты никому не нужен. Никому! Попрощайся со своими друзьями. Я тебе это обещаю! Думаешь, так просто сможешь от меня уйти и жить в свое удовольствие? — осколки стекла хрустели под изящными туфлями на высоком каблуке. — Нет, не получится. Поверь, ты обо мне будешь вспоминать, каждое мгновение и проклинать, тот день, когда бросил!

— Пообещай что-нибудь другое для разнообразия… — Киселев усмехнулся, окинул пренебрежительным взглядом бывшую жену и прошел внутрь квартиры. Накидал на оставшуюся коробку одежду, вышел и вызвал лифт. Каро стояла на том месте, где он ее и оставил. Смотрела ненавидящим взглядом в спину мужчины. Грациозно сняла с себя рубашку и швырнула под ноги.

— Ты забыл!

— Спасибо, — он не поворачивался к ней лицом, наблюдая за действиями девушки в отполированной поверхности металлической двери лифта. В какой- то момент показалось, что она его толкнет в спину или ударит, настолько была заведена и не контролировала свои эмоции. На лице застыла злоба, делая ее кукольное личико отталкивающим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Я тебя предупредила, Киселев… — она развернулась и повиливая бедрами зашла в квартиру, звучно хлопнув дверью. Лёня выпустил воздух из легких и позволил себе расслабиться. Его немного потряхивало, как ни старался абстрагироваться, до конца не получилось. Не то чтобы ее слова имели вес для него, но, как говорится, осадочек остался.

По пустым дорогам ночного города быстро добрался домой. Поднялся и спустился сотню раз, отсутствие лифта изрядно вымотало и окончательно испортило настроение. Коридор был заставлен коробками и часть пришлось отнести в гостиную, чтобы не спотыкаться. Чехлы с одеждой бросил на пол в спальне. Захлопнул дверь и сел на обувную полку. Уронив голову на руки, с силой растер лицо ладонями и неподвижно разглядывал рисунок коврика. Он чувствовал как в кармане телефон вибрирует и издает звук принятого сообщения через толщу зимней куртки. Мысль о том, что это могли быть сообщения от Евы заставили извлечь смартфон.

"У тебя все хорошо? Я волнуюсь. Мы с Васькой наелись жареной картошки и торта, там и тебе осталось". Губы растянулись в глупой улыбке, она помнит о нем и волнуется, переживает. Он бы и сам переживал, если Ева уехала к бывшему на встречу. Знает же, какая она впечатлительная и ранимая, а у самого мозгов не хватило отзвониться! Дурак, как есть, дурак!