Читаем Фрейд полностью

В своем тексте я опираюсь в основном на эту «правильную версию»: доза три сантиграмма, а не два, как указано в книге Шура, а также три, а не две инъекции. В письме к Анне Фрейд от 19 марта 1954 года Шур пояснил, что проконсультировался у адвоката по вопросу эвтаназии и, соответственно, исправил свой рассказ. (Дубликат, там же.) Как указывают Джером Х. Джаффе и Уильям Р. Мартин в статье «Опиоидные анальгетики и антагонисты» в популярном лекарственном справочнике Goodman & Gilman’s The Pharmacological Basis of Therapeutics, ed. Alfred Goodman Gilman, Louis S. Goodman, and Alfred Gilman (1941; 6th ed., 1980), один сантиграмм – это нормальная доза для обезболивания: «10 мг обычно считается оптимальной начальной дозой морфия, которая обеспечивает удовлетворительную аналгезию у примерно 70 % пациентов с умеренным и сильным болевым синдромом». И хотя последующие дозы могут быть выше, авторы нигде не рекомендуют больше двух сантиграммов. Несмотря на то что организм тяжелобольного или очень старого человека – в случае Фрейда имело место и то и другое – может абсорбировать препарат очень медленно и способен выдержать бóльшую дозу, чем пациент в лучшем состоянии, три сантиграмма, по всей вероятности, будут смертельной дозой практически для всех.

Еще одна неточность в опубликованной Шуром версии последних дней Фрейда, объяснявшаяся его уважением к желанию дочери мэтра сохранить тайну частной жизни, заключается в преуменьшении ее роли. В одном из черновиков своей лекции Шур вообще опускает эпизод со словами Фрейда «Расскажите об этом Анне». Этот аспект тоже требует комментария: в опубликованной версии фраза звучит как «Sagen Sie es der Anna» – «Расскажите об этом Анне» (Schur, Freud, Living and Dying, 529). Джонс повторяет вслед за Шуром: «Расскажите Анне о нашем разговоре» (Jones III, 246). Но в неопубликованной записке фраза выглядит несколько иначе: «Besprechen Sie es mit der Anna», то есть «обсудите это с Анной». Похоже, именно данная версия аутентична, поскольку лучше сочетается со следующими словами Фрейда, как их запомнил Шур: «…и, если она одобрит, положите этому конец». Можно предположить, что Анна, которая никак не могла повлиять на конечный результат, руководствовалась благими намерениями и действия которой, как и действия Шура, были оправданны, все же носила в душе тяжелый груз вины за участие в решении избавить отца от мучений. Она возражала, вспоминает Шур в своей записке, но потом уступила. Такое прочтение ситуации и определило мой текст: я воспринимаю смерть Зигмунда Фрейда как самоубийство стоика, совершенное по его поручению – поскольку он был слишком слаб, чтобы сделать это сам, – верным и любящим врачом с вынужденного согласия не менее верной и еще более любящей дочери.

Библиографический очерк

Общие замечания

Литература о Фрейде обширна, и количество ее быстро и почти неконтролируемо растет. Что-то из этой лавины открывает новое, большая часть полезна, однако в ней много провокационного и на удивление огромное количество злобы и просто абсурда. Этот очерк не претендует на полноту: я сосредоточился на работах, которые нашел информативными с точки зрения фактов, интересными своими интерпретациями или достойными обсуждения. Я написал этот очерк, чтобы, если так можно выразиться, объяснить причины (кратко), по которым принял или не принял ту или иную точку зрения, и указать источники, которые считал наиболее надежными.

Лучшим немецким изданием Фрейда считается 18-томное Gesammelte Werke, Chronologisch Geordnet, под редакцией Анны Фрейд, Эдварда Брайбинга, Вилли Хоффера, Эрнста Криса и Отто Исаковера, в сотрудничестве с Мари Бонапарт (1940–1968). Несмотря на его огромную ценность, это издание имеет определенные недостатки: оно неполное, колонтитулы менее полезные, чем могли бы быть, а примечания редакторов и указатели к отдельным томам достаточно скудны. Но самое неудобное, что Gesammelte Werke не указывает различий между изданиями таких подвергавшихся исправлениям работ, как «Толкование сновидений» и «Три очерка по теории сексуальности». Эти различия приведены в удобном 12-томном издании Studienausgabe, ed. Alexander Mitscherlich, Angela Richards, and James Strachey (1969–1975). Studienausgabe также нельзя назвать полным; в нем отсутствуют несколько небольших статей и автобиографические работы Фрейда, а материал расположен не в хронологическом порядке, а по темам. Но редакторский аппарат, основанный на английском Standard Edition, достаточно богат.

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство
Продать и предать
Продать и предать

Автор этой книги Владимир Воронов — российский журналист, специализирующийся на расследовании самых громких политических и коррупционных дел в стране. Читателям известны его острые публикации в газете «Совершенно секретно», содержавшие такие подробности из жизни высших лиц России, которые не могли или не хотели привести другие журналисты.В своей книге Владимир Воронов разбирает наиболее скандальное коррупционное дело последнего времени — миллиардные хищения в Министерстве обороны, которые совершались при Анатолии Сердюкове и в которых участвовал так называемый «женский батальон» — группа высокопоставленных сотрудниц министерства.Коррупционный скандал широко освещается в СМИ, но многие шокирующие факты остаются за кадром. Почему так происходит, чьи интересы задевает «дело Сердюкова», кто был его инициатором, а кто, напротив, пытается замять скандал, — автор отвечает на эти вопросы в своей книге.

Владимир Воронов , Владимир Владимирович Воронов

Публицистика / Документальное