Сесили. Разумеется. Всем мужчинам нравятся проститутки, не правда ли? К счастью! (Жеманным, не свойственным ей голосом.) Порядочные женщины не посмели бы на улицу выйти, если б не было этих девок. (С глубоко искренним видом.) Я обожаю мою мать, доктор. Она будет утверждать вам совсем другое, потому что у нас обеих дурной характер. Но это неправда. Я знаю, как она мучается. И люблю ее все больше и больше. Даже сегодня я не могу простить отцу ту адскую жизнь, которую он ей устроил. (Сесили говорит с какой-то ненавистью.) Он обманывал ее даже в собственном доме. Женщина, которая во сне смотрела на меня из окна, я знаю, кто она такая. Бывшая гувернантка, любовница отца. Мама ее прогнала и правильно сделала. (Она корчится от смеха.) Вот уж кто не заслуживал своего имени!

Фрейд. Кто?

Сесили. Папа. Его тоже звали Йозеф.

Фрейд. Вот что.(Пауза.) Он вас толкнул, когда вы были маленькой? И вы упали?

Сесили смотрит на него удивленно, с недоверчивостью.

Фрейда преследует его мысль, и он возвращается к предмету своего расследования.

Сесили. Откуда вам это известно?

Фрейд. Из вашего сна.

Сесили. О! Это всего лишь дурное воспоминание, и вы пола­гаете, что я разозлилась на него за это.

Маленькая Сесили вбегает в прихожую прежней виллы.

Сесили. Мне было лет шесть. Я бежала. Наверное, тут была моя вина.

Она налетает на отца, импозантного и сильного мужчину, который в этот момент выходит через застекленную дверь. Она падает.

Фрейд. Что же дальше? Что случилось?

Затемнение в кадре. Комната Сесили.

Сесили (обнаруживая признаки усталости). Больше ни­чего. Абсолютно ничего.

Фрейд. Однако вы вспоминаете об этом падении двадцать лет спустя. А забыли столь многое! Даже имя моего друга Брейера. Почему вы помните об этом?

Сесили. Я не знаю. Разве можно знать, почему вспоминаешь то, а не другое событие? Я больше ничего не скажу вам, я слишком устала. Ваш метод все силы выматывает. Гораздо хуже, чем гипноз. Я чувствую, что сегодня из меня больше ничего не вытянуть. (С некоторой снисходительностью.) Вы меня выжали как лимон. (Любезным тоном.) Приходите за­втра снова.

Фрейд, любезный и невозмутимый, встает. Он весь поглощен своим исследованием.

Фрейд. Приду. Постарайтесь подумать об этой истории с падением на крыльце. Все подробности, которые вы вспомните, будут полезны.

Сесили внимательно смотрит на него. Улыбается, но без симпатии.

Сесили (полушутя, полусерьезно). Мне не нравятся ваши глаза. (Фрейд вопросительно на нее смотрит.) У вас глаза убийцы. Вы совершите что-то дурное.

Фрейд (шутя, тоном Сесили). Или, быть может, хорошее, очень удачно заброшу сеть, которая достанет чудовищ из глу­бин морских. Знаете, о чем я говорю? Есть чудовища, живущие под таким огромным давлением, что они лопаются, когда их вытаскивают из воды.

Он кланяется. Она улыбается в ответ. Мы чувствуем, что между ними возникла какая-то странная близость, хотя и совсем непохожая на ту, что соединяла Сесили с Брейером.

(16)

На другой день. После завтрака в квартире Фрейда.

Марта хлопочет по дому, ей помогает горничная.

Фрейд сидит в кресле; оба мальчика возятся на полу; Матильда, уже маленькая женщина, стоит, вытянувшись, рядом с отцом. Марта, озабоченная, проходит мимо. Фрейд берет ее за локоть.

Фрейд (тепло улыбаясь). Присядь, Марта. Побудь со мной.

Марта. Не могу.

Фрейд. Почему?

Марта. Уборкой занимаюсь.

Она уходит, оставив Фрейда одного с детьми. Матильда, воспользо­вавшись этим, подходит поближе к отцу.

Матильда. Это правда, что она у нас будет?