Читаем Фрейд полностью

Всякое обращение к биографии Фрейда неизбежно требует знакомства с монументальным трудом его британского ученика и последователя Эрнста Джонса, автора трехтомного произведения "Жизнь и творения Зигмунда Фрейда". Облеченный статусом почти официального биографа, Джонс имел доступ к многочисленным источникам в непосредственном окружении Фрейда и смог собрать и использовать огромное количество документов. Это значит, что для нас и для всех, кто пишет о Фрейде, труд Джонса представляет неисчерпаемый кладезь материалов и ссылок. Строгость, точность и лояльность работы Джонса-биографа не помешали ему описать жизнь и работу Фрейда, своего уважаемого учителя, с точки зрения собственного взгляда на психоанализ, в котором он сам является специалистом. Порой Джонс дает выход своему восхищению и энтузиазму, пытаясь представить жизнь и труд Фрейда в виде грандиозного единства, выражения блистательной судьбы. С другой стороны, достаточно строгой выглядит оценка некоторых коллег и последователей Фрейда, с которыми Джонс соперничал, и соперничество это оттачивалось, как точильным камнем самим фрейдовским "Делом".

Чтобы избавиться от слишком одностороннего взгляда Джонса, рассеять ауру, сопровождающую его рассказ, уточнить, дополнить нюансами его суждения, необходимо учитывать многочисленные труды, особенно появившиеся в последние годы: свидетельства, воспоминания, различные данные о Фрейде, идущие от тех, кто в той или иной мере знал его - учеников, родственников, друзей, противников и даже пациентов. В массе публикаций, которая все возрастает, можно назвать лишь несколько наиболее типичных произведений. "Смерть в жизни Фрейда" Макса Шура, личного врача Фрейда, дает не только исчерпывающую картину его болезней и особенно эволюции рака челюсти, от которого он умер, но и представляет собой попытку обобщить учение Фрейда, где доминирует антагонизм жизни и смерти. Изобилуют ценными фактами, нередко, правда, пристрастного и частного характера, воспоминания Эрика Фромма ("Мой анализ с Фрейдом"), Теодора. Рейка ("Тридцать лет с Фрейдом"), Вильгельма Рейха ("Рейх о Фрейде"), Мартина Фрейда ("Фрейд - мой отец"), Хильды Дулитл ("Лицо Фрейда", книга дополнена "неизданными письмами Фрейда"), Джозефа Уортиса ("Психоанализ в Вене, 1934", "Заметки о моем анализе с Фрейдом"), Сергея Константиновича Панкеева ("Человек с волками, описанный психоаналитиками и им самим", сборник, составленный Мюриэлем Гардине, важным дополнением к которому является сборник Карин Обхользер "Встречи с человеком с волками") и другие. Мы принимаем во внимание изложенные в работе Винсента Брома "Первые последователи Фрейда" точки зрения "стариков" (Виттелса, Адлера.Штекеля, Шаха, Юнга и некоторых других), иногда, впрочем, опускающихся до уровня сплетен, а также богатые сведения "Записок Психоаналитического общества Вены", соответствующих периоду с 1906 по 1922 год и включенных в три тома серии "Психоанализ и его история" под заголовком "Первые психоаналитики".

Понимая, что невозможно упомянуть все воспоминания о Фрейде, мы все же, кажется, смогли показать, насколько велико их количество и как затруднительно исследование из-за обилия интерпретаций и суждений различной ценности. Складывается впечатление, что каждый, кто пишет о Фрейде, испытывает неудержимую потребность дать собственную оценку, освободиться от других суждений, утвердить свою оригинальность, свое собственное "Я". Быть может, мы будем более восприимчивы к воздействию картины, наивной, трогательной и тем более притягательной: благодаря великолепным фотографиям, сделанным в 1938 году Эдмундом Энгельманом, мы проникаем в "Дом Фрейда, Берггассе 19, Вена", над которым уже развевается нацистский флаг и который Фрейд готов покинуть, отправившись в безвозвратное изгнание. Мы можем совершить волнующее погружение в живой и сложный мир Фрейда, взяв в руки роскошную книгу "Зигмунд Фрейд - места, лица, предметы", и перед нашим восхищенным взором предстанут все окружавшие его члены семьи, учителя, друзья, ученики, пациенты, ученые, писатели. Мы перенесемся в те далекие времена, когда психоанализ зарождался и эволюционировал, прежде чем обрести взлет.