И эту огромную программу медикализация психоанализа стремится сократить и отодвинуть. Медикализировать Фрейда - значит признавать в нем лишь специалиста по "нервным болезням", практикующего под крышей дома на Берггассе, 19, в Вене, - пренебрегать, презирать или считать все потрясающие построения его мысли, не касающиеся медицины, игрой гуманитария, одаренного способностью к литературной деятельности. Мощь и широта последних урезаются, уступая место специальным описаниям, терапевтическим рецептам, относящимся к области неопределенных, так называемых функциональных нарушений, где начинается игра слов - "слова, слова и снова слова", пишет Фрейд, цитируя "Гамлета" и требуя бережного отношения к "Глаголу".

Медикализация открытий Фрейда имеет и парадоксальный качественный эффект: вся область деятельности, которую за неимением другого термина мы называем "внемедицинской", - область культуры, познания, внутреннего мира и т. д. - оказывается тайно, с помощью обходного маневра пронизанной медициной. Ограничивая психоанализ медицинской "специализацией", медикализация затем расплывается, подобно нефтяному пятну на воде: сначала, как Фрейд, лечат больных истерией и неврозами, потом переходят ко всякого рода неопределенным нарушениям, к случаям, связанным с различными тяжелыми ситуациями. В результате этого бесконечного расширения "терапией" оказывается охваченной вся социальная структура - со всеми своими ненормальными, плохо адаптированными к условиям цивилизации, нонконформистами, ниспровергателями ценностей и т. п.

Коренным образом меняя действие фрейдовского метода, который старался, насколько это возможно, через все трудности и сопротивление привести патологию к "нормальному", к "психологическому", медикализация, наоборот, пытается свести все психологическое, единичное, индивидуальное, субъективное, личностное к бесконечным патологиям. Между тем сегодня совершенно очевидно, что над людьми тяготеют определенные системы ценностей, типичные для современного общества: адаптация, конформизм, успех, власть, подчинение.

Можно признать, однако, что ростки подобного направления заложил сам Фрейд. В заключении к "Психоанализу и медицине" он представил себе, как однажды субсидированная "миллиардами какого-нибудь американца" армия "social workers" (Социальных работников (англ.)) устремится на "борьбу с неврозами - детищем нашей цивилизации". "Новый тип Армии спасения!", - как иронично замечает его воображаемый собеседник. Заключительное "Почему бы и нет?" Фрейда звучит в той же ироничной манере, но проникнуто надеждой.

И хотя в США и ряде стран Западной Европы армия социальных работников, терапевтов, помощников разного рода стала играть важную роль, выполняя тактические функции и используя частично психоанализ, о настоящей фрейдовской стратегии, требующей вовлечения в действие структур, лежащих в основе цивилизации и рационального, углубленного использования двух могучих психических сил: сексуальности и влечения к смерти, говорить пока рано.

Биологизация

Биологизировать Фрейда не сложнее, чем медикализировать, достаточно несколько сместить перспективы и изменить фокусировку. Вместо того, чтобы подчеркивать его клиническую практику, терапевтические занятия, нашедшие выражение главным образом в работах "Исследования истерии", "Пять случаев психоанализа", "Невроз, психоз и извращение", "Техника психоанализа" и других, можно заострить внимание на продолжительном "допсихоаналитическом" периоде, отмеченном лабораторными исследованиями, аналитическими и физиологическими работами. Можно вновь обратиться к его вполне научной "Нейронике" - "Психологии на службе у невропатологов" (поскольку она оперирует понятиями "нейроны и количество") и отметить присутствие во всей работе биологической ориентации и постоянное положение телесных структур в центре психологических построений: тело является биологическим фактором, питающим, подкрепляющим зарождающуюся у младенца сексуальность; эта биологическая территория ограничена Фрейдом, когда он представил влечение в качестве пограничного понятия между областями психического и органического; в биологическом существовании находит свой источник энергия либидо и т. п.