Читаем Франсуа Антон Месмер полностью

Сегодня мы знаем, что Месмер воздействовал на больных прежде в£его как психотерапевт. Месмеровский метод (в чем сам он до конца не отдавал себе отчета) состоял в том, чтобы посредством ряда телесных воздействий (пассов) вызвать «исцеляющий криз», который нес с собой облегчение для больного, а иногда и исчезновение симптома, то есть излечение. Некоторые больные при этом впадали в летаргию, сохраняя, однако, способность говорить, ходить и т. п.

Обнаружил это состояние ученик Месмера маркиз Пюисегюр, продолживший изыскания в магии предсказаний. Про него говорили, что он «открыл миру чудо ясновидения» и доказал восприимчивость человеческой психики к тому, что позже назовут гипнозом. Сосредоточив свои исследования на этом феномене, он обнаружил, что, когда пациент находится в состоянии, которое он назвал магнетическим сомнамбулизмом, можно воздействовать на симптомы словом. Правда, природу сомнамбулизма он объяснял, исходя из теории «животного магнетизма», тем, что состояние это вызывалось якобы циркуляцией флюида между врачом и пациентом. Когда пациент подвергается воздействию магнетизма, с ним происходит ряд явлений, указывающих, что он находится в каком-то особом состоянии. В этот момент он подпадает под особенно сильное подчинение воле магнетизера.

Пюисегюр в 1784 году сообщил Месмеру о своем открытии провоцированного сомнамбулизма и возможности входить в словесный контакт с субъектом. Однако Месмер не придал значения этому сообщению.

О существовании подобных явлений он знал, но не задерживал на них своего внимания, не желая выходить за рамки физиологии. Вот почему Месмера можно считать родоначальником физиологического течения в объяснении гипноза. Психология была для него продуктом воображения и, как таковая, представлялась трудной для изучения.

Иначе говоря, Месмер смутно предугадывал действие внушения. К этому времени он перестал пользоваться магнитом и писал, что «животный магнетизм» «существенно отличается от магнита». Все дело в магнетическом флюиде, твердил он.

Как же Месмер ошибался! Но лишь полвека спустя английский врач Брэд совершит настоящую революцию, поставив под сомнение теорию «животного магнетизма». Он отказался при погружении в летаргический сон (Брэд назвал его гипнозом) от магнетических пассов, которые считались необходимыми для передачи флюида. Брэд сначала заменил их зрительной фиксацией блестящего предмета, а позднее добавил к этому словесное внушение. Это означало, что флюид не существует и термин «гипноз» вытеснил термин «животный магнетизм». Впрочем, произошло это далеко не сразу. Оба термина одно время сосуществовали, между ними шла борьба и каждый имел своих сторонников.

Убежденным антифлюидистом был знаменитый аббат Фариа, он широко использовал словесное внушение для усыпления пациентов. В те годы Фариа был в Париже популярнейшей личностью. И не столько из-за своего происхождения. Он родился в Гоа, португальской колонии в Индии, и по отцовской линии происходил от богатого индийского брамина Анту Синая, который в конце XVI века перешел в христианство. Полное его имя было Хосе Кустодио Фариа. Когда ему исполнилось пятнадцать лет, отец отправился с ним в Лиссабон. С этого момента начались приключения Хосе. В 1780 году он закончил курс теологии в Ватикане. Был проповедником в королевской церкви в Лиссабоне. Но в 1788 году неожиданно бежал из португальской столицы и оказался в Париже. Вынудило его к бегству участие в заговоре, возникшем в Гоа и раскрытом колониальными властями.

Во Франции Фариа участвовал в революционных событиях, стал членом Медицинского общества, был профессором Марсельской академии. Здесь был арестован наполеоновской полицией и заключен в замок Иф. После падения Наполеона оказался на свободе и вернулся в Париж. На улице Клиши в доме номер 49 открыл зал магнетизма. Надо было заплатить всего пять франков, чтобы стать свидетелем или участником поразительных по тем временам опытов аббата Фариа. Какие же чудеса совершались в доме на улице Клиши?

Еще до того, как Фариа впервые приехал в Париж, он познакомился с маркизом Пюисегю-ром — учеником «излечителя» Месмера, с упорством фанатика проповедующего свое учение о «животном магнетизме». От маркиза узнал, что тот, следуя наставлениям Месмера, научился улавливать некие сверхъестественные токи, от которых якобы зависят все явления, носящие название магнетических. В итоге он открыл особое состояние, названное им искусственным сомнамбулизмом. Пюисегюр и посвятил Фариа в практику магнетизма. С тех пор аббат, вспомнив о своих предках браминах, широко использовавших гипноз, стал последователем ученого маркиза.

В доме на улице Клиши отбоя не было от посетителей, в основном женского пола. Одних приводила сюда надежда на исцеление от недуга, других — возможность себя показать и мир посмотреть, третьих — просто любопытство. Странная личность аббата, высокий рост и бронзовая кожа, репутация чудодея и врачевателя немало способствовали успеху его предприятия.