Читаем Фракс и оракул полностью

Уверен, Лисутарида никому не станет рассказывать, что выступила по совету Верховной жрицы - оракула Витины. Люди будут считать, что расположение орков открылось ей благодаря искусному волшебству. Лучше всего позволить им так и думать. Появляется Макри с изможденным видом. Она сопровождала Лисутариду повсюду - и на поле битвы, и в армейском лагере. Танроуз накладывает в миску еды и дает ей.

- Славный денек, - говорит Макри. - Даже притом, что в бою мне особо не довелось участовать.

- Не волнуйся, - говорю я ей. - Не всем же быть героями.

- А ты вообще сражений не повидал!

- Никакой разницы, - говорю я. - Я был неотъемлемой частью боевых действий. Выследил Дизиз, защитил нашего военного лидера и послужил для армии главным вдохновителем.

- Вдохновителем? - брови Макри поднимаются.

- Естественно. Когда Лисутарида мучилась сомнениями, стоит ли ей выступать во главе толпы неготовых, неиспытанных войск, она взглянула на меня и подумала: "Если на моей стороне воитель, подобный Фраксу, что может пойти не так? Ведь есть человек, который вас не подведет".

Макри качает головой и смеется.

- Теперь-то все генералы поддерживают Лисутариду? - спрашивает Гурд. Он находился неподалеку от линии фронта, когда мы сражали орков, и вышел из боя без единой царапины.

- Да, ее главенство не вызывает сомнений.

В битве мы отделались ничтожными потерями. Самсаринцы, симнийцы, ниожцы, эльфы, сборные войска малых народов - все прошли через сражение полностью невредимыми. Это одна из наших самых убедительных побед, когда-либо одержанных над оркскими воинствами.

- Отныне, когда Лисутарида упрочила свое положение, жить станет полегче, - говорю я.

Макри кивает.

- Особенно теперь, когда легат Апирои не стоит на пути.

- Не понял?

- Он погиб в бою.

- Что? - я поражен этой новостью. - Апирои? Убит? Уверена?

- Я видела его тело.

С трудом верится, что легат погиб. Потери с нашей стороны малы, а он не походил на человека, который рискует своей шкурой без необходимости.

- Но ведь он же не вел ниожцев в бой, верно?

Макри пожимает плечами. Она не знает, как легат встретил свой конец, но уверена на все сто, что он мертвехонек.

- Всегда кто-нибудь, да помирает, даже если побеждаешь, - говорит Гурд. - А вот если это случается с тобой, то тебе просто не повезло.

Я отпиваю пива и беру еще порцию восхитительного рагу Танроуз. Я все еще поражен новостями о несвоевременной кончине легата Апирои. Мы сидим вокруг костра и разговариваем, пока Танроуз не зевает и не заявляет, что хочет спать. Скоро рассветет, и на горизонте появляются слабые отблески зари. Я тоже устал. Чувствую себя, будто ходил, бегал или сражался несколько дней подряд. Мои суставы ноют, когда я поднимаюсь. Макри составляет мне компанию на обратном пути к фургону.

- Ты так находчиво разоблачил Дизиз.

- Может, Лисутарида вручит мне медаль.

- Сомневаюсь.

- Ну и пусть, ведь ты же мне поверила, - говорю я Макри. - Никто, кроме тебя, даже не пикнул.

Если бы Макри мгновенно не приняла решение напасть на Саабрил, тем самым побудив раскрыть, что она и есть Дизиз, то не знаю, удалось бы мне вообще убедить Лисутариду.

- Теперь-то до нее дойдет, что мне надо доверять.

- Она тебе доверяет, более или менее.

Я внезапно останавливаюсь.

- Что такое?

- Мне не нравится, что легат Апирои погиб.

- Не нравится? - говорит Макри. - Я думала, это чудесные известия. Он же, по сути, шантажировал Лисутариду. Угрожал рассказать людям, что она наведывалась к оракулу, если не получит места в главном военном совете.

- Помнишь, когда Лисутарида сообщила нам про это? В моем фургоне? Тебе не показалось странным, что она не выглядела особо взволнованной?

- Я не заметила, чтобы она не волновалась. Скорее, наоборот.

- Не так уж она беспокоилась, как бы ей подобало.

- К чему ты клонишь? - спрашивает Макри.

- Ты сказала, что видела тело легата. Где оно?

- Положили с другими погибшими ниожцами. Их немного. Завтра похоронят.

- Покажи-ка, где они.

- Сбрендил в одночасье? Мы мчимся по магическому пространству, сражаемся с троллями, орками и колдунами, и вот теперь ты хочешь глянуть на тела?

- Да.

Макри пожимает плечами.

- Во всяком случае, спать мне тоже неохота.

Она ведет меня через лагерную стоянку. Хотя рассвет уже близко, движения нет никакого. Сегодня солдаты будут спать допоздна - нечастая роскошь.

- В этой палатке, - Макри указывает на большое квадратное сооружение из парусины.

Палатка не охраняется. Никто не видит, как мы входим. Внутри, на земле, тщательно уложены десять тел. Они все завернуты в свои черные плащи - характерная форма ниожской армии. У всех упокоившихся руки сцеплены спереди. До того, как похоронить своих павших, ниожцы выражают им почтение. В палатке находится длинный стол. На столе лежит легат Апирои. Выглядит он умиротворенно. Подхожу ближе, чтобы его осмотреть. У него на горле глубокая рана.

Макри глазеет на тело.

- Это его мгновенно бы прикончило.

- Так-то оно так, - я хватаю тело и переворачиваю. Это требует много сил - нельзя считать, что я отнесся к покойнику без должного уважения.

- Что ты делаешь?