Читаем Фрайди полностью

Замороженные продукты, посуда для их приготовления, большие пушистые полотенца, горячая и холодная вода, терминал, на экране которого шли сводки последних новостей и обзоры прошедших событий… книги, музыка, наличные деньги, все, что хранилось в убежище на случай опасности: оружие, запасные «Шипстоуны», инструменты, одежда всех сортов, которая мне подходила, — вы помните, у нас с Жанет были одинаковые размеры, часы-календарь на терминале, которые сообщили мне, что я проспала у входа целых тринадцать часов, мягкая кушетка, которая звала меня продлить ночной сон после того, как я вымылась, поела и удовлетворила свой голод в новостях.

Я была в полной безопасности. Можно было расслабиться и отдохнуть.

Из новостей я узнала, что условия декрета о чрезвычайном положении в Британской Канаде смягчены. Граница с Империей по-прежнему была закрыта. Граница с Квебеком строго охранялась, но ее можно было пересекать по делам легального бизнеса. Единственным вопросом, из-за которого сохранялась некоторая напряженность в отношениях между двумя странами, осталась сумма компенсации, которую Квебек должен был выплатить за военное нападение, происшедшее в результате чьей-то ошибки или глупости. Внутренний распорядок все еще действовал, но девяносто процентов интернированных лиц из Квебека были отпущены на родину под честное слово и двадцать процентов из Империи. Только двадцать. Значит, правильно я сделала, что спряталась: я все еще являла собой подозрительную особу.

Но все шло к тому, что Джордж может вернуться домой, как только захочет. Или все-таки было еще что-то, чего я пока не понимала?

«Совет по выживанию» обещал начать третий раунд «показательного» террора дней через десять после окончания второго. Через день после этого с аналогичным заявлением выступили «Вдохновители», снова прокляв и предав анафеме «Совет по выживанию». «Ангелы Господни» на сей раз молчали в тряпочку, а может, их заявления не передавались по канадскому каналу.

Я попыталась сделать кое-какие выводы. Малоубедительно, но все-таки: «Вдохновители» выглядели в моих глазах совершенно непрофессиональной организацией — голая пропаганда, отсутствие опытных полевых агентов. «Ангелы Господни» либо прекратили свое существование, либо ударились в бега. У «Совета по выживанию» за спиной стоял какой-то балбес с большими деньгами, которому не жалко было платить их еще большим балбесам и бездельникам — их жизнь пускалась на ветер, как и деньги. Но мои догадки оставались догадками и могли сильно поколебаться, если бы вдруг третий раунд террора оказался удачным — маловероятно, но людям свойственно ошибаться, и я — не исключение.

Я все еще не могла решить окончательно, кто руководит всей этой безумной затеей. Что это не территориальное государство, было ясно с самого начала. Это могла быть какая-то корпорация или целый консорциум крупных корпораций, хотя и в этом я не видела особого смысла.

Мне захотелось выяснить кое-какие подробности, и я набрала на пульте терминала слова «Империя», «Миссисипи» и «Виксберг» — в отдельности, попарно и все вместе. Никакого эффекта. Тогда я добавила названия обоих пароходов и еще раз проиграла все комбинации. Ноль эмоций. Либо то, что стряслось на реке, не прошло по каналам информации, либо это сочли самым заурядным инцидентом, не заслуживающим внимания общественности. Недурно…

Прежде чем уйти, я написала Жанет записку, в которой сообщила ей, какую я взяла одежду, сколько наличных денег, приплюсовав сумму к тем, что она дала мне раньше. Перечислила все затраты с ее «Визы»: проезд подземкой от Виннипега до Ванкувера и шаттлом от Ванкувера до Беллингхема. Насчет дороги до Сан-Хосе я сомневалась. Может быть; за билеты платил Джордж? Мой финансовый отчет покоился на дне Миссисипи.

Взяв такое количество долларов Британской Канады, которого, по моим расчетам, мне должно было хватить, чтобы покинуть страну, я испытала сильное искушение оставить Жанет ее карточку «Виза» вместе с запиской. Но кредитная карточка — потрясающая вещь! Всего-то кусочек пластика, а за ним таятся кучи денег. Я должна была сохранить эту карточку любой ценой, пока сама не передам ее Жанет из рук в руки. Все остальное было бы непорядочно, нечестно.

К слову сказать, если у вас есть кредитная карточка, вы должны понимать, что это, образно говоря, петля вокруг вашей шеи. В мире кредитных карточек человек лишен собственности… или в лучшем случае защищает свои права на собственность путем значительных усилий и всяческих уловок. И потом, разве кто-нибудь знает наверняка, что происходит, когда вы засовываете кредитную карточку в щель на панели компьютера? Что он там делает с ней, компьютер? А? Лично я не знаю. Гораздо спокойнее я чувствую себя с наличными. И не знаю людей, которые добились бы многого, препираясь с компьютером.

Мне кажется, что кредитные карточки — это издевательство над личностью, проклятие века. Но я — не человек, и, возможно, в этом смысле мне недостает человеческого взгляда на вещи (да и не только в этом смысле).