Читаем Фрайди полностью

Хорошо, что моя мамочка меня не видит! Она так мечтала, чтобы я выступал с концертами. Юнис, ну почему ты не научилась играть на пианино?

Потому что я училась другому — и была этим занята до предела. Босс, мой предмет изучения был куда увлекательнее! Впрочем, и на пианино мы научимся — в твоей памяти все есть, а до рук пока не доходит. Попотеем.

Это все чепуха, дорогая, не стоит возиться…

Джоан встала.

Босс, секунду. Может, заодно зададим овса Бетси?

Ха! Я же ничего не понимаю в автостенографах. Это посложнее, чем тренькать на фоно.

Посмотрим…

Она подошла к автостенографу, присела.

Ну, Юнис? Где тут руль и тормоза?

Расслабься, босс. Просто скажи: «Юнис, диктую…» — а потом просто говори что-нибудь, и все.

Попробуем…

— Юнис, диктую: «Восемьдесят семь лет назад наши отцы заложили основы новой нации, ценящей свободу и преданной идеалам…»

Ее руки легко коснулись сенсоров, включили микрофон, ввели программы корректировки в процессе записи и успели исправить напечатанные машиной слова «Восемь десятсем» — и все это легко и непринужденно.

Черт возьми, Юнис! Как это получается?!

Не думай об этом. А то будет как у той сороконожки. Слышишь, как Бетси мурлычет? Рада мне…

Я тоже рад. Кстати, Юнис, эта машинка… то есть, прошу прощения, Бетси — она может подсоединиться к Сент-Луисскому фонду Библиотеки Конгресса?

Конечно. Она подключена к межбиблиотечной сети, следовательно, может связаться с любой библиотекой.

Проблема такая: я хочу найти все работы по механизмам памяти.

Хорошо. Мне это, кстати, тоже интересно: кажется, у меня есть какие-то странные провалы… хотя я и не уверена… Я сделаю.

Конечно, я ведь не знаю, как обращаться с Бетси. Да и о предмете наших изысканий знаю лишь, что был такой Павлов, который делал роботов из собачек… по-моему, таким способом: когда собачка пускала слюну, он звонил в колокольчик.

Сделаем. Босс, а можем ли мы потратить немного денег?

Чтобы купить Пирамиды? Пожалуйста, если хочешь.

Нет. Я хочу добыть мое секретное досье. Там могут быть материалы, о которых я тебе говорила, но которых нет в официальных документах — а значит, знать ты их не можешь. Так мы убедимся, что я — не твоя фантазия.

Может, не стоит? Я почему-то боюсь, что если я сумасшедший, то меня можно будет вылечить… и. найдется какая-нибудь сволочь, которая сделает это!

Я польщена.

Юнис… а ты не помнишь чего-нибудь такого… между своей смертью и воскрешением?

Не знаю… Были какие-то сны… почему-то о тебе. А один раз было что-то, не очень похожее на сон… все было очень реально — вот просто как эта комната. Только если я расскажу, ты подумаешь, что сумасшедшая среди нас — я.

Ну и что? Очарование от этого не исчезнет.