— Оплата проезда и тысяча долларов будут вручены вам на станции. Тысяча долларов будет получена вами в счет зарплаты, но, если вы не подойдете, придется вам их вернуть. То есть я получу свои комиссионные.

— Мистер Фоссет, деньги не вернутся ни при каких обстоятельствах, и с меня вы никаких комиссионных не получите — я вас своим агентом не назначала. Вы уж лучше бы с Мосби своего попробовали что-нибудь содрать. Но вот к зарплате моей это никакого отношения не имеет. И на станции денег ждать, как мальчик-побирушка, я не собираюсь. Если вы дело делаете, а не в бирюльки играете, пришлите деньги сюда.

— Это невозможно!

Физиономия его с экрана исчезла, но он оставался на связи.

— Послушайте, — улыбнулась мне его помощница, — мы вас вовсе не обманываем. Не откажетесь ли встретиться со мной на станции Нью-Кортес? Я туда постараюсь добраться как можно быстрее, и вы получите деньги на проезд и все остальное.

— Конечно, дорогая. Очень приятно будет еще раз с вами встретиться.

Я позвонила хозяину дома, сказала ему, что оставлю ключи в холодильнике, но отключать его не буду, чтобы не испортились оставшиеся там продукты.

Одного Фоссет не знал — я ни за что не отказалась бы от этой встречи: имя и адрес были те самые, что Босс велел мне запомнить незадолго до своей смерти. Раньше это мне не приходило на ум, потому что он не сказал, зачем я должна запомнить эту информацию. Вот и разберемся!

ГЛАВА 28

Дверь кабинета украшала скромная табличка: «Файндерз, инк.». И чуть ниже — «Специалисты по межпланетным проблемам».

Сидевшая за столиком в приемной девица прищурилась и процедила сквозь зубы:

— Только тебя тут и ждали. Проваливай, тут для тебя работы нет. Было местечко — вот меня взяли, ясно?

— Сомневаюсь, что ты тут долго продержишься. Могу я видеть мистера Мосби?

Она неторопливо разглядывала меня.

— Шлюха, что ли?

— Благодарю за комплимент. Ты где волосы красила? Скажи адресок. А теперь слушай. Меня послали сюда из офиса «Гиперспейс лайнз» в Лас-Вегасе. Каждая секунда обойдется твоему боссу в кругленькую сумму. Не исключено — из твоей зарплаты. Меня зовут Фрайди Джонс. Доложи обо мне.

— А вот мы проверим, — выдавила она, залившись злобным румянцем.

Резко нажав кнопку на крышке стола, она проговорила в микрофон:

— Фрэнки, тут какая-то деваха явилась. Треплет всякое. Говорит, будто ее из «Гипо» в Лас-Вегасе прислали. Брешет наверняка.

— Проклятье! Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты так не обращалась ко мне на работе! Впусти ее немедленно!

— Как-то мне не верится, что она от Фоссета. Хочешь надуть меня?

— Заткнись и впусти ее!

Она отложила микрофон в сторону.

— Посиди тут. Мистер Мосби на конференции. Когда он освободится, я скажу тебе.

(Стыдно врать! Не говоря о том, что я прекрасно слышала, что говорила она, я слышала и ответы Мосби — со слухом у меня все в порядке и даже более того.)

— Он тебе не так сказал.

— А? Откуда ты знаешь, что он мне сказал?

— Он велел тебе не называть его «Фрэнки» на работе и впустить меня. Ты с ним препиралась, а он велел тебе заткнуться и впустить меня. Так что я пошла. И не советую тебе меня задерживать.

Она даже рта закрыть не успела.

Мосби было лет пятьдесят, но выглядеть он старался на тридцать пять. На нем был дорогой модный костюм. Широкая, до ушей, улыбка обнажала превосходные зубы. Глаза у него были холодные и неприветливые. Он широким жестом указал мне на кресло.

— Что это вы так задержались? Я сказал Фоссету, что хочу видеть вас до полудня.

Я поглядела на свой перстень-часы, потом — на его настольные часы.

— Двенадцать ноль четыре. За час я проехала четыреста пятьдесят километров по подземке, да еще шаттлом. Что, вернуться в Вегас и попробовать добраться быстрее? Или сразу к делу перейдем?

— Я просил Фоссета позаботиться о том, чтобы вы уехали из Вегаса десятичасовым экспрессом. Ну ладно. Похоже, вы ищете работу?

— С голоду пока не помираю. Мне сказали, что вам нужен курьер для задания за пределами Земли.

Я достала копию моего послужного списка и подала ему.

— Если я — то, что вам надо, расскажите, что за работа. Послушаю и скажу вам, интересует меня это или нет.

Он пробежал глазами листок.

— Судя по моей информации, вам очень нужна работа, и вы таки умираете с голоду.

— О, да — за пять минут до ленча я всегда жутко хочу есть. Посмотрите, там ранжирование моей зарплаты есть. Но ее можно пообсуждать, я согласна. Но только в плане повышения.

— Вы просто потрясающе самоуверенны!

Он еще раз поглядел в послужной список.

— Как поживает Толстопуз?

— Кто, простите?

— Тут написано, что вы работали на «Систем энтерпрайзис». Вот я и спросил: «Как поживает Толстопуз?» Толстопуз Болдуин.

(Это что, проверка? Неужели все, что произошло после завтрака, только на то и рассчитано, чтобы окончательно разозлить меня? Если так, то ни хрена у него не выйдет.)

— «Систем энтерпрайзис» возглавлял доктор Харли Болдуин. Никогда не слышала, чтобы кто-нибудь называл его Толстопузом.

— Да, пожалуй, он в своем роде доктор, это вы правы. Но в деловом мире его кличут Толстопузом. Ну, и как он поживает?

(Держись, Фрайди!)

— Он умер.