Читаем Формула истории полностью

После Боголюбского не один русский князь не рисковал заниматься объединением страны – здоровье дороже. Пространственная протяженность и неудобные транспортные коммуникации давали свободным князьям и вольным городам всегда отговориться от столь хлопотного мероприятия, как созыв единого войска. А если подумать – оно и к лучшему – воинство, сбитое из дружин разных князей, погибло бы, как при Калке. Ведь дружины создавались не ради «положить живот свой за други своя», а ради игрищ рюриковичей меж собой. Любое же войско монголов на уровне фрактальной геометрии отображало общемонгольскую организацию.

Русь Речная была обречена – именно благодаря своим «свободам». Железнобокие, однако маневренные татаро-монголы одну за другим перемалывали отборные русские дружины, с помощью передовой осадной техники (китайское ноу-хау) легко брали русские города, где и каменную-то стену встретить было невозможно.

Кстати, парадокс русской дезорганизации показал себя анекдотическим образом даже во время Батыева погрома. Князья, как заведенные, продолжают усобицы. Например, князь новгородский и киевский Ярослав Владимирович (брат убитого великого княза Юрия) совершает поход на Смоленск. Несмотря на аннигиляцию важнейших центров городской культуры, за 3-4 года после нашествия элита успела подзабыть погром. Но татаро-монголы вернулись, как обещали, вновь преподали урок при помощи Неврюевой рати (1252) и опустили занавес над первой Русью.

А что, кстати, если никаких монголов не было, если бы Чингисхана грохнули еще в куначестве? Перешли бы мы к Возрождению, стали бы россыпью небольших культурно-развитых княжеств и городов-государств на манер средневековой Италии и Германии? Сомнительно. Продолжались бы тенденции домонгольского периода – выдавление Руси из системы международных торговых путей в просторную, однако изолированную от ойкумены лесную глушь, так что до Италий и Германий было бы далеко. И разве шведы и немцы замерли бы, как вкопанные, на Чудском озере и реке Сестре?

Пример русско-литовского государства вполне показал и доказал, что быть одной лишь периферией Европы означает культурную и языковую ассимиляцию (русско-литовское государство фактически исчезло в результате уний с Польшей и католичеством 1569 и 1596 года). Да и самим полякам находилось место на карте Европе только в роли форпоста Западного мира, если точнее цепного пса, злобно лаяющего на восточного медведя. Как только роль форпоста оказывалась ненужной, цепного пса сдавали живодерам.

И если бы даже существовала Россия в "польском стиле", то ее границы бы вряд ли уходили намного дальше Волхова на севере, верхней Волги на востоке и Оки на юге. И сроку бы ей было только до начала индустриальных и национальных революции на Западе. До Волги и Северной Двины распространились бы великая Пруссия с великой Швецией. А за Волгой и Северной Двиной простиралась бы великая Британия. Вернее, сейчас это была какая-нибудь Канада номер два с населением в десять раз меньшим, чем у нас. Англичане ведь так и перли на Северную Двину и на Обь после создания в середине XVI века «Общества купцов-искателей для открытия стран, земель, островов, государств и владений неведомых и доселе морским путем не посещаемых»…

Окончательно вернувшиеся монголы установили на 240 лет по-настоящему мафиозную власть, которая разительно отличалась от их власти в цивилизованном Китае или культурном Иране. На Руси это было сочетание безответственности (монголы напрямую не управляли) и грабежа. Русь стала ярчайшим примером системы-донора.

Грабеж без правил осуществлялся в виде грабительских походов – их были десятки, загляните только в собрание русских летописей (ПСРЛ). Захваченная добыча перепродавалась через главных рыночников того времени – итальянцев – в крымском улусе. Добавьте, если монголы сжигали поле или увозили хлеб, это означало для деревни голодную смерть, и прятки в лесной чаще несли высокую смертность для слабых.

Грабеж по правилам осуществлялся в виде взимания дани. 5-7 тысяч серебряных рублей только с московского княжества – заметьте, дань собиралась серебром, хотя серебра на Руси не было. Значит, финансовая элита того времени – бессермены и итальянцы – имели хороший навар. К тому же добавьте вымогание поминок-подарков, а также выдаивание других поборов для монгольских начальников.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
За что Сталин выселял народы?
За что Сталин выселял народы?

Сталинские депортации — преступный произвол или справедливое возмездие?Одним из драматических эпизодов Великой Отечественной войны стало выселение обвиненных в сотрудничестве с врагом народов из мест их исконного проживания — всего пострадало около двух миллионов человек: крымских татар и турок-месхетинцев, чеченцев и ингушей, карачаевцев и балкарцев, калмыков, немцев и прибалтов. Тема «репрессированных народов» до сих пор остается благодатным полем для антироссийских спекуляций. С хрущевских времен настойчиво пропагандируется тезис, что эти депортации не имели никаких разумных оснований, а проводились исключительно по прихоти Сталина.Каковы же подлинные причины, побудившие советское руководство принять чрезвычайные меры? Считать ли выселение народов непростительным произволом, «преступлением века», которому нет оправдания, — или справедливым возмездием? Доказана ли вина «репрессированных народов» в массовом предательстве? Каковы реальные, а не завышенные антисоветской пропагандой цифры потерь? Являлись ли эти репрессии уникальным явлением, присущим лишь «тоталитарному сталинскому режиму», — или обычной для военного времени практикой?На все эти вопросы отвечает новая книга известного российского историка, прославившегося бестселлером «Великая оболганная война».Преобразование в txt из djvu: RedElf [Я никогда не смотрю прилагающиеся к электронной книжке иллюстрации, поэтому и не прилагаю их, вместо этого я позволил себе описать те немногие фотографии, которые имеются в этой книге словами. Я описывал их до прочтения самой книги, так что можете быть уверены в моей объективности:) И еще я убрал все ссылки, по той же причине. Автор АБСОЛЮТНО ВСЕ подкрепляет ссылками, так что можете мне поверить, он знает о чем говорит! А кому нужны ссылки и иллюстрации — рекомендую скачать исходный djvu файл. Приятного прочтения этого великолепного труда!]

Сергей Никулин , Игорь Васильевич Пыхалов

Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное