Читаем Формула Бога полностью

— Нам предстояло найти его, — уточнил Тензин. — Лао-цзы говорил: «Когда дорога приходит к концу, ищи новую и продолжай двигаться вперед». Мы с Аугушту пошли потом разными дорогами, чтобы достичь одной цели. После смерти Эйнштейна я вернулся в Тибет и пришел сюда, в монастырь Ташилунпо, где следовал своим путем. Прожив жизнь в медитациях, я достиг света. Я слился с Дхармакайей и стал бодхисаттвой. А путь Аугушту — это путь западной науки, физики и математики. В конце концов требования Эйнштейна относительно условий опубликования рукописи оказались выполнены. Первый шаг к этому был сделан через десять лет после смерти Эйнштейна. В 1965 году два американских астрофизика, занимаясь испытаниями телекоммуникационной антенны в штате Нью-Джерси, столкнулись с идущим со всех сторон Вселенной фоновым шипением. Сегодня известно, что указанное явление, названное реликтовым космическим излучением, представляет собой первый испущенное Вселенной реликтовое излучение, которое дошло до нас в форме микроволн, и по нему можно измерять космическое время… В начале нынешнего года я получил от Аугушту почтовую открытку. В ней мой друг сообщил, что оба условия, выдвинутые нашим учителем, выполнены. Как вы понимаете, я воспринял это известие с глубочайшим удовлетворением и незамедлительно ответил, приглашая Аугушту приехать сюда и поделиться со мной своим великим открытием.

— Я видел вашу открытку, — заметил Томаш. — Так он сюда заезжал?

Старик-тибетец, вытянув руку, снова приложил ладонь к стволу дерева.

— Да, и мы сидели с ним здесь, на этом самом месте, под этим вот деревом. Он рассказал, что появились дополнительные сведения, которые развеяли сомнения Эйнштейна. В частности, спутник СОВЕ[26],запущенный НАСА в 1989 году для измерения параметров реликтового космического излучения, обнаружил чрезвычайно малые вариации распределения микроволнового фона, что соответствует флуктуациям плотности вещества, объясняющим рождение звезд и галактик. Он рассказал и о другом спутнике, WMAP[27], оснащенном еще более совершенной аппаратурой, который с 2003 года передает уточненную информацию о реликтовом излучении, позволяя постоянно детализировать картину рождения Вселенной. И эти новые данные подтверждают гипотезу расширения Вселенной на ранней стадии Большого взрыва. Кроме того, Аугушту сообщил, что завершил исследования, осуществленные с применением другого подхода, и теперь имеется еще одно научное доказательство бытия Бога.

— Какое?

Бодхисаттва развел руками, показывая, что помочь чем-либо бессилен.

— Этого он мне не открыл. Сказал лишь, что собирается объявить об этом научному сообществу и попросил, если ученые обратятся ко мне, чтобы я подтвердил, что был свидетелем изысканий Эйнштейна.

Возникло непродолжительное молчание.

— Но каким может быть второе доказательство? И есть ли возможность это узнать?

— Да, есть. Нагарджуна[28] сказал: «Взаимозависимость есть источник существования и природы вещей, сама же по себе каждая вещь есть ничто».

— Что вы хотите этим сказать?

Бодхисаттва улыбнулся.

— У Аугушту был адъюнкт — профессор, с которым он работал. Он все знает.

Длинная очередь граждан из стран, не входящих в Евросоюз, двигалась страшно медленно, и Томаш решил проверить действенность звонков, сделанных накануне вылета из Лхасы. Однако офицер пограничной службы никак на него не отреагировал, и тогда историк включил свой мобильный и с нарастающим раздражением ждал, когда его наконец «пропишет» местная сотовая сеть. Но когда он уже набрал номер, за прозрачными будками пограничников вдруг мелькнуло знакомое лицо.

— Hi, Томаш! — крикнул Грег Салливан, как всегда прилизанный и аккуратный, вылитый мормон. — Я здесь!

— Здравствуйте, Грег! — воскликнул Томаш, расплываясь в улыбке.

Американский атташе взмахом руки подозвал невысокого господина с черными усами и круглым брюшком, и пройдя через служебную зону, они направились к Томашу.

— Это — мистер Морейра, начальник пограничной службы, — представил незнакомца Грег.

Мужчины поприветствовали друг друга, и Морейра спросил:

— Где сеньора, о которой идет речь?

Томаш кивком подозвал Ариану, и после обмена приветствиями Морейра провел всех через паспортно-таможенную зону и, пропустив иранку вперед, пригласил ее войти в небольшой кабинет. Томаш было сделал шаг, намереваясь последовать за ней, но начальник пограничной службы преградил ему путь.

— Нам с сеньорой надо выполнить некоторые формальности, — сказал он вежливо, но не допуская возражений. — Прошу вас, господа, подождите здесь.

Томаш, несколько обескураженный, остался стоять у стеклянной двери, наблюдая, как Ариана, сидя за столом, заполняет множество каких-то бумаг.

— Все под контролем, — заверил его Грег.

— Надеюсь что да.

Американец поправил узел огненно-красного галстука.

— Послушайте, Томаш, вы не могли бы прояснить мне обстановку? — попросил он. — Когда вы звонили из Лхасы, я, честно говоря, не врубился.

— Мне удалось выяснить, что формулы экономичной и простой в производстве атомной бомбы не существует.